Глава 9

инск встречал Учителя последователями Свершения, собравшимися со всей Белоруссии.

И были среди них те, кто почти четыре года назад видел и слышал Учителя в немногочисленных минских встречах.

Восьмого и девятого марта были четыре встречи с Учителем в просторном помещении детского садика.

И было сказано: “Ребёнок, как правило, ведёт себя в какой-то мере ненормально для того, чтобы ударить вас по самым слабым местам. Он ваш учитель в этом отношении.

Если он злобный, то будет учить вас терпению; научитесь — многое поменяете в нём, будете раздражаться — его ненормальные проявления только усилятся.

Учитесь воспринимать его трудные проявления с любовью, чтобы у вас внутри никогда не было ни раздражения, ни каких-то других неуравновешенных всплесков.

Учитесь с благодарностью принимать это явление, стараясь помочь ребёнку любовью, молитвой, терпеливыми подсказками, а где-то и строгим словом”.

“Зла в человеке нет. Зло можно характеризовать как стремление человека делать дурное. Такое стремление, конечно, разрушает его.

Но если проявилась для тебя в реальности ситуация с каким-то чёрным оттенком — это не зло, проявилась ступень, которая поможет стать сильнее и чище, если ты её преодолеешь. И рассчитана эта ступень исключительно для тебя, но ни для кого-то другого.

Здесь нет смысла смотреть, какой цвет несёт эта ступень. Если она помогает восходить к Солнцу, ступай смелее по ней, надо только лишь с благодарностью её принять”.

“Все трудности принимайте с радостью. Не принимайте источник, который толкает на эти трудности, зло не надо принимать. Но саму ситуацию примите с радостью и извлеките из неё мудрость”.

“Явление, которое создаётся заговорами, какими-то знаками, начинает существовать, его форма повисает в пространстве.

Если вы задумались над этим действием и начинаете чувствовать, что оно может в вас проникнуть, — вы сами открываете дверь для него, и оно начинает в вас проникать.

А когда начинает проникать, то вы, почувствовав это проникновение, ещё больше ему открываетесь, и оно вас поражает.

Но если вы, попадая в это таинство, в эти символы, улыбнётесь ему и, стряхнув веничком, пойдёте дальше, то навредить вам будет уже значительно труднее”.

“Часто в жизни возникает ощущение, что это уже было. Что это?” — спросил молодой человек.

“Вы часто своё будущее видите во снах, но при пробуждении вам нужно такие моменты перекрыть, и перекрывается это искусственно.

Но когда вы подходите наяву к этому моменту вашей жизни, то возникает ощущение, что вы это уже видели.

Вы действительно видели это раньше, но вам не дали запомнить, иначе у вас началась бы ненужная суета и всё было бы гораздо хуже: когда вы знаете будущее, вы, как правило, делаете куда более худшие шаги”.

“Вы пишете картины... Ваше отношение к абстракционизму?” — спросила женщина Сына Человеческого.

“Эта проблема связана с тем же характерным для человека явлением, когда он сложным образом пытается искать Истину и в жизни, и в разных областях искусства и науки.

И если говорить об искусстве как о стремлении созидать красивое, то под эту основу хочется подвести очень простое определение: когда вы видите красивое явление, что помогает вам определить красоту этого явления — прочитанная литература об этом красивом явлении или само явление?

Красоту не постигают посредством каких-то объяснений, описаний, которые вы якобы не замечаете и не способны в данный момент заметить. Это ложное понимание красоты.

Красота проста, вы в ней родились, вы должны научиться воспринимать её просто, интуитивно.

Красивое воспитывает вас, организует вас, заставляет вас трудиться, пробуждает в вас жажду творчества, ибо вы видите, что рука человека может запечатлеть и сказать.

Это и станет в дальнейшем критерием ценности произведения искусства, ибо самому художнику это определить непросто.

Художник творит произведение, изливая песнь своего сердца, своего внутреннего мира.

И чем чище его внутренний мир, тем прекрасней песню он споёт, тем больше будет нуждающихся в этой песне.

Он споёт, и вокруг его песни соберутся те слушатели, которые попросят его спеть ещё, ибо так помогла им в жизни его песня.

И здесь нет смысла подходить искусствоведу и говорить, что для лучшего понимания надо научить людей видеть эту песню, рассказать им особенности, которые видит он, но не видят другие.

У искусства не должен быть какой-то посредник, описывающий красоту, рассказывающий о ней.

Если произведение красивое, действительно высокое, помогающее вам жить, вдохновляющее вас на жизнь, то это и есть произведение искусства.

А количество жаждущих именно данного произведения будет определять ценность этого произведения.

Сложность вашей жизни в отношении искусства заключена в том, что со временем вы сделали неверную оценку в подходе к искусству и решили, что если научиться рисовать, приложить к этому труд, то можно стать художником.

Рисовать может научиться каждый, и будет учиться рисовать каждый. Это одна из важных особенностей дальнейшего времени, ибо рисунок — это основа красоты созидания в любом проявлении творчества, ремесла, это первые понятия о линии, форме, красоте, чувствовании красоты.

Но стать художником — это единичные проявления. Человека невозможно научить быть художником, ибо это особое состояние чувств вашего мира, это особое отношение к миру.

И конечно, вы можете взять краски в руки, и всё, что вы нарисуете, будет иметь место, вы изобразите то, что видите, и так, как умеете.

Художник выражает то, что видит, выражает своё отношение к миру, своё видение. Также и вы имеете право выразить своё видение, но это не значит, что своё видение вы должны выставить на общее обозрение.

Чтобы что-то выставить, надо быть особо внимательным к самому себе, к своим желаниям: что ты хочешь показать и стоит ли это выставлять, действительно ли это нужно людям.

Ибо если это действительно произведение искусства, то вы его не спрячете, к нему придёт очень много жаждущих.

Если дерево даёт плоды добрые, то, если даже оно растёт в чаще леса, в трущобе, к нему всегда проляжет тропа, и дереву не надо будет кричать: “Идите ко мне, у меня вкусные плоды”.

Но если дерево даёт горькие плоды, его нет смысла ставить на видное место, ставить на клумбу у фасада дома, повесив табличку, что это — персик. Проходящий мимо попробует, и гримаса горечи исказит его лицо, и в конечном итоге всё это будет покрываться паутиной.

Но, конечно же, будут появляться сторонники этого дерева, которым понравится эта горечь и которые скажут другим, что в плодах особый вкус, и будут описывать то, что сами ощущают, ревностно защищая произведение.

Будьте смелее к своему собственному восприятию, не думайте, что искусство надо воспринимать через какого-то посредника.

Иначе многие говорят: “Я тут ничего не понимаю. Может быть, это и красиво”. Всё вы понимаете, но если не видите красивого, так и скажите: “Я не вижу ничего красивого”, — и идите дальше.

Прикасаясь к непонятному произведению, вы часто видите в нём что-то особенное, присущее себе, что вовсе художник и не вкладывал туда. И вы можете вскричать: “Вот это да!” — и ваше собственное воображение добавит туда то, чего там нет.

Произведение становится вам дорого, потому что подталкивает к каким-то собственным образам, которые вы добавляете к нему.

А художник думает, что столько радующихся его произведению, и не представляет, что его внутренний мир куда беднее, чем мир тех, кто смотрит его произведение, ибо они увидели невероятное, что он был не в состоянии туда вложить. Так появляется попытка себя утвердить.

Только реальность, естественность событий, но не искусственное возвышение того, чего другие не видят, может всё поставить на своё место.

Нельзя научить быть художником”.

Последний день пребывания в Минске — индивидуальные встречи с Учителем на квартире Анны, давшей кров свой путникам.

Среди встреч долгого дня было сказано вопрошающим: “Когда приходит соответствие истинам, тогда приходит и понимание их. Понимание истин — это соответствие им”.

“Зерно растёт в соответствии с почвой, в которой пребывает. Если оно в обилии принимает лучи солнечные, то рост не замедлит проявить себя”.

“Лишь только тогда, когда человек будет хвататься за Веру не как за рецепт для спасения плоти, а как за закон жизни, — возможно спасение”.

“Сейчас много разговоров о том, что человек начинает получать из высших источников тайные знания, великие знания Вселенной.

Внеземной мир достаточно разумен, чтобы понимать качество информации, даваемой глупцам. Разве можно давать истинные знания тем, кто продолжает убивать друг друга?!”

“Стремление человека быть умным превращает его в глупца”.

“Ударив кого-то несдержанностью своей, ты разрушаешь себя, но не того, кого ударил, ибо для него твой удар — ступенька роста”.

“Горе возникает оттого, что нарушается идея, возникшая у вас изначально в какой-то системе воспитания”.

“Я пришёл к вам в маске, которую вы носите сами.

А теперь, возвращаясь в Свой Мир, убираю всё искусственное, что Мне претит, и всё больше становлюсь Собой.

Если вы не будете отставать от Меня, то будете меняться вместе с Моим изменением”.

“Вспомни Меня, когда трудно, призови Меня и через Меня посмотри на окружающее тебя”.

Закончились встречи, солнце окрасило день оранжевым. За окном — весенний многоголосый разговор воробьёв.

Владимир и Юлия, впервые увидевшие Учителя и переполненные встречей с Ним, предложили игру свою на флейте и фортепиано. И зазвучала еврейская песня, восславляющая Господа, зазвучала земля израильская простой, грустной, красивой мелодией.

Мелодия флейты и голоса растворилась в сердце Сына Человеческого, составив гармоничный аккорд с древней Сутью Его...

И поклонился глубоко Виссарион Владимиру и Юлии за трепетные мгновения, и сказал: “С этой мелодией в сердце Своём Я и поеду дальше”.

В окончании дня Учитель обвенчал четыре пары. И были счастливы глаза венчающихся, принявших таинство от Истины. И были счастливы в эти минуты все присутствующие при таинстве великом.

Вновь зазвучала флейта Владимира, и сложилась удивительная мелодия долин и гор земли палестинской. Мелодия обретала автора в мгновения исполнения её.

“Какой необычный день... Эта мелодия часто звучит в сердце Моём”, — сказал Виссарион Вадиму.