Глава 2

од новый начался встречами многими. И вновь звучало Слово Учителя по дням субботним, через каждые две недели, в Гуляевке.

И наполнялись сердца счастливые тем, что должно было услышать в эти мгновения, и укреплялась поступь стремящихся идти вослед Истине, строящих житие новое на землях новых.

“Шире распахните двери своего сердца, чтобы туда смог войти Учитель,

А то вы наполовину Его впускаете, наполовину держите за порогом и поздравляете с Днём Рождения, и желаете Ему счастья, но сами лишь наполовину пропустили Его в дом свой.

Не в словах будет радость, а в ваших действиях — насколько праведно вы исполните данное вам Богом”, — сказал Учитель в Слове Своём, прозвучавшем в январскую субботу двадцатого числа.

Третьего числа февраля месяца в Курагино была долгожданная встреча Виссариона со всеми жаждущими этой встречи. Из многих деревень земли обетованной съехались и пришли последователи Свершения, дабы услышать проповедь Сына Человеческого.

Три быстро пролетевших часа в большом, простуженном январскими морозами зале чада Бога, стоя, слушали Слово Сына Его и задавали вопросы.

И сказал Учитель в Слове: “Сегодня наступил час, когда видится потребность ещё раз встретиться с вами, чтобы и напомнить что-то, а что-то, может быть, и сказать вновь, ибо жизнь ваша не стоит на месте.

Великим трудным моментом в жизни человека, как правило, является неопределённость.

Вам всегда хочется ухватиться за что-то определённое. И, приходя ко Мне, вы пытаетесь услышать конкретные Мои наставления, чтобы Я показал ваш следующий шаг, подробно объяснил, куда поставить ногу, в какую сторону, в какое место.

Когда вы не ведаете определённости, у вас часто возникает смятение. Ну а когда появляется смятение, голова быстро наполняется различного рода мыслями.

Эти мысли очень точно ударяют по слабым сторонам ваших желаний, и тогда, как правило, очень легко вывести человека из равновесия: в нём рождается много горестных умозаключений, он расстраивается, ему становится плохо, он начинает искать виновных вокруг, и виновными становятся все братья, которые рядом.

Так вот, научиться идти определённо возможно, только лишь научившись доверять своему сердцу, доверять тому зову, который возникает внутри, соизмеряя свои действия с теми Истинами, которые вы принимаете в своё сердце, с тем пониманием Истины, которое возникает в вашей голове. Но чтобы при этом каждый из вас учился делать шаги так, как считает правильным.

Если желаете быстрее избавиться от многих грубых ошибок, надо обязательно научиться двигаться смело, открыто, твёрдо, решительно, не поддаваться эмоциям, которые в обилии начинают выплёскиваться рядом с вами.

Научившись идти достойно вперёд, искренне отмеряя свои шаги, вы почувствуете с течением времени обретение твёрдости вашей поступи. Вы всё больше будете набирать силу, будете замечать, как те или иные слабости вы уже способны преодолеть.

Но это изменение происходит очень медленно. Ничто так медленно не происходит, как возникновение мудрости, как всё больший расцвет души.

Надо научиться идти прямо. Но прямое движение возможно только в одном случае — когда вы искренне стремитесь исполнить Волю Бога...

Учитесь подсказывать друг другу ошибки.

Любое ваше неприятие поучений со стороны ближнего — это большое невежество вашего сердца. Вы призваны научиться выслушивать своих ближних. Учитесь всегда слушать подсказку.

Любая данная вам подсказка — это минута, которая приносит вам мудрость.

И конечно же, подсказка не есть обязательное изменение себя. Но если вы видите что-то мудрое, сказанное для вас, что-то правдивое, — а вы это всегда почувствовать в состоянии, — то от того, как вы поступите согласно услышанному, будет зависеть: либо вы будете расцветать, либо с вами будет происходить печальное таинство вашего нисхождения в лоно смерти...

Здесь, куда вы приезжаете отовсюду, вы призваны сложить царство мастеров, великое царство труда, где ваши руки будут говорить вместо ваших уст.

Опыта настоящего труда как правило, нет у вас ни у кого. Вообще, вы романтики, вы хорошие, устремлённые молодые души, которые склонны к фантазиям, мечтаниям.

Но Вера исполняется только через труд, и только руками вы можете показать, сколь полно вы доверяете Богу.

И если человек уходит от труда — это неверующий человек, он ещё не понял, зачем он приехал сюда.

Увидеть неумение человека, конечно, просто, но также просто увидеть и неискренность человека в исполнении того или иного труда.

Пусть человек не умеет что-то делать, но когда он искренне старается сделать,— это великая радость, он должен быть здесь, ему нужно оказать всяческую поддержку.

Но если человек неискренен в своём труде, то тот или иной мастер, у которого находится этот человек в помощниках, всегда вправе сказать ему о том, что его место должен занять другой, жаждущий трудиться.

Если человек уходит от труда, пусть он почувствует строгое к себе отношение.

Вы призваны постигать Веру. Но если вы неискренни к постижению Веры, то вы ещё рано приехали, лучше уехать отсюда, лучше столкнуться с теми жизненными ситуациями, которые вас ожидают вокруг.

А когда вы созреете, когда у вас действительно возникнет жажда постигать всеми силами то, что открывается вам Богом, — дверь будет открыта, всегда открыта.

Из года в год Я слышу от вас одну и ту же историю, что с какого-то числа двери закрыты и надо успеть сюда приехать.

Не надо закрывать двери. Учитесь всегда держать дверь распахнутой, она всегда открыта, до последней секунды. Пока есть возможность сделать кому-то шаг в направлении Истины, дверь будет открыта.

А уж перешагнёте ли вы порог этой двери или нет — это ваша забота, ваш труд, ваш поиск...

Вам строить целый мир, новый мир, во что мало кто верит. А почему мало кто верит? Потому что знают собственное бессилие, потому что знают бессилие ближних. И знают только одну силу, что люди умеют много говорить, тут у них сила велика...

Здесь вы зарождаете не только духовное, здесь вы призваны проявить красивое.

Рисовать вам придётся научиться всем. Вы можете не стать художниками — хотя художники и поэты вы в душе все, — но научиться чувствовать линии и формы красоты желательно всем.

Кем бы вы ни были, кем бы ни становились: будете ли вы бондарями, гончарами, плотниками, — везде потребуется рисунок. Умение видеть красивое необходимо в любом мастерстве.

Талантливы вы все, в вас всё вложено Богом, лишь разный опыт вашего труда сделал вас стоящими на разных ступенях мастерства. Но это всё приходяще.

Не говорите, что вы неусидчивы, не говорите, что вам не хватает воли, — это понимание возникает лишь для того, чтобы на смену ему пришло то, что должно восполнить эту нехватку. Посему ежели в вас возникает понимание “я не могу”, то оно возникает лишь для того, чтобы потом вы сказали: “Я должен смочь”.

Опыт зависит исключительно от ваших пожеланий, от ваших устремлений, от вашей воли. А волю вам не принесёт кто-то со стороны, её вырабатывают внутри себя, это и есть стремление исполнить Волю Бога.

А Воля Бога — это реальность, та реальность, которая пред вами в настоящий момент проявляется.

Поэтому берите эту реальность, не придумывайте её, исполняйте то, что на данное мгновение возникло перед вами, не бегите от трудности, а берите её и исполняйте достойно, как вам заповедано.

Вам надлежит сейчас еще раз переосмыслить свои действия в этой жизни, в этом обществе, которое вы пытаетесь здесь создать.

Как прекрасно быть верующим Богу! Когда вы опираетесь своим сердцем на протянутую вам Помощь великим Отцом, обретаете Истину как опору своей жизни — у вас появляется уникальная возможность в краткое время постигнуть очень многие таинства вашей жизни, на что у многих уходят десятки, сотни лет.

Но это постижение требует колоссальных затрат усилий ваших. А для этого вам в помощь и даётся эта Жизнь, эта Истина, когда вы реально можете опереться на Неё.

Эта Опора — незыблема, Она никогда не подведёт, но только смелее опирайтесь и доверяйте Ей!”

И продолжилась встреча с Сыном Человеческим в ответах на вопросы.

В ответе на вопрос, нужно ли заниматься гимнастикой, Учитель сказал: “Постижение гармонии с природой, движения природы, земли, зверей, воды, воздуха, — из этой искренней творческой попытки понять природу вы можете извлекать бесконечное множество таинств всевозможных движений, которые индивидуально каждому могут помочь приблизиться к этой гармонии.

Вы творчески призваны многое создавать самостоятельно для самого себя. Это нормальная сторона, и она имеет место, пока вы живёте на Земле”.

И говорил Учитель вопрошающим: “Вы ищите сказку вокруг, а сами в сказке находитесь.

Если вы будете стремиться куда-то вовне, то вы, наоборот, выйдете из сказки, но не попадёте в неё. Искать сказку на стороне бессмысленно, это говорит о том, что вы пока еще незрячи, что вы не видите настоящую сказку, в которой пребываете.

Так вот, сказка — в реальности, это ваша жизнь, не надо торопиться из неё выйти, надо её понять, надо понять это таинство сказочное, сложное, особое, многоступенчатое.

И вот сейчас, когда вы учитесь обращать внимание на свою жизнь, вы будете всё более глубоко постигать сказку собственной жизни. Потребуется примерное изучение того, что вам сейчас даётся.

Печально, когда ваши мысли заполнены думами о самом хлебе, но не о деле, которое исполняете.

Ваши мысли должно заполнять только лишь стремление сделать дело, и плата за труд не есть цель вашего дела.

Цель вашего дела — избирая тот или иной труд, сделать его как можно лучше, творчески к нему подходя, преобразовывая его во всё более прекрасное произведение, дабы отдать его людям. И если за это вы получаете хлеб насущный, то он и будет вас кормить”.

“Если у человека была операция, было удаление органа, как скоро орган будет восстановлен? Возможно ли это?” — был вопрос к Виссариону.

Прочитав вопрос, коротко задумавшись, с шутливой, задорной улыбкой на устах Учитель молвил: “Может быть, вы первый, у кого его уже нет, а у остальных постепенно тоже не станет.

Вы не смотрите на это, опять же, односторонне: человек меняется, со временем посмотрим, какие органы нужны, а какие нет.

Поэтому если у вас что-то удалили, то, может быть, как раз вы сейчас более счастливый человек, чем окружающие, только вы это пока не понимаете”.

Зал хохотал безудержно, Учитель продолжал: “Так что надо твёрдо продолжать идти вперёд, а не заботиться о том, чего у вас не хватает.

Не волнуйтесь: если он вам всё же будет нужен, то вырастим новый, это не трудно, — было бы это действительно необходимо человеку. Главное — чтобы он умел этим пользоваться,

А то органов-то у вас очень много, но все они в очень плохом состоянии. И если справедливо смотреть, то вас надо было бы лишить всех органов, а потом по одному выдавать. Тогда у вас было бы достойное к этому отношение, вы бы ценили каждый орган, любили бы его, не засоряли”.

В следующий день субботний было сказано постигающим: “Излить из себя слабое не составляет проблем почти ни для кого, а вот воспринимать слабое — большая проблема.

Вы, как верующие, прежде всего должны научиться воспринимать слабое, это очень важно.

Конечно, держите контроль над тем, чтобы вы не излили слабое к окружающим. Но будьте очень внимательны, когда слабое выливается навстречу вам, — чтобы вы умели это правильно принять, не озлобившись, не расстроившись, не осудив, а взвешивая пришедшее к вам, делая из этого вывод и оказывая помощь, если видите необходимость оказать её”.

“Сначала вы шагаете в Истине как бы лицемерно. Потому что любой шаг праведный начинается с того, что приходится делать неизвестное себе.

Когда Истина приходит и освещает круг тех или иных истин, вы принимаете это головой, а сердце подсказывает: да, это правильно. Но этих истин оно в себе ещё не имеет, оно не соответствует этим истинам.

И тогда первые шаги вы делаете, зная, что так надо сделать, но это ещё не ваши шаги. Поэтому эти шаги неумелые, корявые.

И всякий, посмотревший на вас, слушая вас, скажет: “Вы — лицемеры” и будет прав на данное мгновение времени, потому что вы говорите о любви, а шаги ваши не соответствуют этому.

Но это однобокая оценка. Когда человек не видит идущего, ему не удастся правильно оценить сотворяемые им шаги.

Только лишь с течением времени информация, находящаяся в вашей голове, становится познана вашим сердцем, становится вашей сутью. И вы начинаете делать шаги не потому, что так надо, а потому что это — ваша внутренняя потребность, ваша суть. Тогда будет видно, что вы действительно соответствуете тому, о чём говорите.

Значит, вы должны не торопиться дать оценку ближнему, не торопиться уличить его в лицемерии, потому что умение у вас разное, возможности исполнить праведные шаги у всех разные.

Надо научиться не потребовать то, что непосильно вашему ближнему, ибо он всё равно это не сделает.

Главное, чтобы вы реализовали тот искренний благой порыв, который есть в вашем сердце.

Какой порыв у вашего брата — это ему разбираться. Вы должны разобраться с собственным порывом вашего сердца”.

“Любая ваша ошибка, которую вы не ведаете, но чувствуете, что она где-то есть, всегда будет явной тогда, когда от вас потребуется сделать шаг изменить её в себе. Но для этого нужно время.

Значит, даже если вы чувствуете, что где-то ошибаетесь, но не знаете где и как, продолжайте твёрдо идти вперёд так, как вы считаете правильным.

И чем твёрже и искренней будете идти вперёд, тем быстрее проявится та ошибка, которая в вас зрела и которой было не время ещё выйти. Пусть она выйдет. Ну а если вы её увидите — у вас прекрасная возможность её исправить.

Вот если тогда вы пройдёте мимо неё — это будет большим несчастьем вашим, это будет то неприятное таинство, которое подточит ваши силы”.

“Ты — величайшая Любовь?” — спросила Учителя Аня Петербургская, часто приходившая в зимние дни к Сыну Человеческому за разрешением множества вопросов своих.

“Величайшая Любовь — это Отец!

Я заключён в земные понятия, во Мне и Любовь, и строгость, и Суд”, — ответил Виссарион.

“Ведь главное предначертание женщины быть матерью?” — спросила Анна.

“Главное предначертание женщины — быть человеком, а потом, уже став человеком, стать матерью, но не наоборот — стать матерью, не став человеком”.

И был однажды, в февральский день, разговор с Софой, приехавшей к Истине из Дагестана и уже третий год постигающей Её на земле обетования нового.

Ныне София работала в минусинской картинной галерее, и, конечно же, разговор с Учителем был о творчестве, о художниках, об их человеческих слабостях.

И было сказано средь разговора долгого: “Нельзя из человека вытянуть более красивое, пока он не станет более духовным...

Художник должен выбираться не искусствоведом, а самими людьми. Ибо комментировать картину нет смысла, если в ней есть прекрасное, чудное...

Чем выше техника художника, обладающего внутренними слабостями, слабой душой, тем большую опасность несёт он и его картины зрителю, который, чем дольше всматривается в мастерски исполненное произведение, тем больше принимает на себя порочный мир художника”.