Глава 9

ачалась весна. Утром одного из дней начала марта Учитель сказал Вадиму: “Пойдём подышим воздухом”.

Это был очень редкий выход на прогулку, ибо каждый день дотемна продолжались встречи с людьми, а вечером Сына Человеческого с нетерпением ждали жена и дети.

И пошли они в сосновый бор, начинающийся недалеко от города.

С пригорка навстречу им шли две женщины, и были обе в опьянении от напитков горячительных.

Одна из них с трудом держалась на ногах, одежда её была в снегу от падений частых.

Увидев Виссариона и ученика, повернулась она спиной к путникам, смущённая состоянием своим.

А когда Учитель и ученик проходили мимо них, то услышали слова злые от той, одежда которой была в снегу.

Следом на дороге путникам повстречались мужья сих жён, состоянием своим мало отличающиеся от женщин своих.

И вопросил один из них, обладатель бороды окладистой и плеч широких, поражённый Ликом Виссариона: “Кто Ты?! — и упал на колени. — Помоги, Отец Святый!”

“Я — не Отец, Я — Виссарион”.

Муж взволнованно поднялся с колен, громко крикнул: “Жена! Быстрее сюда. Это — Виссарион!”

Подбежали женщины. Одна из них была озлоблена и не могла уже противостоять мерзости диавольской: с уст её слетели слова грубые, и попыталась она толкнуть Виссариона.

Другая же руками остановила подругу свою и молвила: “Виссарион! Я видела Тебя во сне. Ты пришёл и сказал, что пора мне прийти к Тебе”.

“Давно пора. Что же ты не идёшь?” — негромко спросил Учитель.

“Да всё не получается, всё некогда”, — грустно сказала женщина и опустила глаза.

“Решается твоя жизнь и жизнь детей твоих”, — молвил Сын Человеческий.

Мужчина снова упал на колени, взял Учителя за руки, с уст его слетело:

“Еммануил! Я старовер. Отпусти мне грехи мои. Прости мне их. Скажи, что в жизни моей не так?”

“Многое”.

“Я же не делаю никому плохого!”

“Ты не исполнил заповеди Божии. Говорить об остальном бессмысленно.

Стань прежде человеком, стремясь исполнить Божие всеми силами, очистись от той грязи, которую ты так долго собирал!”

И заглянул муж в глаза Сына Человеческого, и увидел в них себя.

И наполнились глаза человека слезами. И опустил он глаза свои и слёзы в руки Сына Божиего, ибо многое узрело сердце его.

А ученик стоял рядом и держал за руки другую женщину, изрыгающую хулу и злобу.

И обратил он тепло сердца своего к ней, и вознёс молитву к Отцу.

Тьма боролась в ней короткими вздрагиваниями и нервными гримасами.

Но остановился поток злобы, и слёзы потекли из глаз её.

И затих тот, кто мешал ей жить. И во время затишья сего она сказала: “Простите меня. Это была не я. Я другая. Я устала так жить...”

И пошёл Учитель медленно дальше...

А муж поднялся с колен с трезвыми влажными глазами и сказал ученику, глядя вослед Уходящему: “Он уходит не как человек... Медленно и смиренно... Может, это видение или чудо какое-то?”

“Это — Спасение наше”, — сказал Вадим...