Глава 36

скоре после этого печального разговора, после выхода новой статьи о Виссарионе и общине, Людмила организовала телевизионный “Круглый стол”, на который пригласила представителей православной церкви: местного священнослужителя отца Димитрия, настоятеля воскресной школы Валаамского монастыря иеромонаха Прокопия и представителей общины Единой Веры: Сергея Старосту и Вадима. Присутствовал также на встрече и врач-психотерапевт Андрей Локотош.

Вела передачу и наблюдала за поединком, часто принимая в нём участие, Людмила Никишина, стремящаяся каждым новым своим шагом в отношении Виссариона разоблачить Его.

“Круглый стол” получился горячий, переполненный эмоциями говорящих, ревностно защищающих веру свою.

Четыре участника передачи пытались через двух других, Вадима и Сергея, изобличить Виссариона во лжи и корысти.

Желание низвергнуть Сына Божиего доходило до откровенного лжесвидетельства из уст священнослужителей православных.

В конце разговора ученики Христа пригласили священнослужителей непосредственно поговорить с Виссарионом, не собирая недостойную ложь и слухи.

И пришёл иеромонах Прокопий в один из дней начала августа к Сыну Человеческому. И был долгий разговор.

И говорил долго Прокопий о Писании древнем и о событиях древних, неведанных ему.

И спросил он Сына Человеческого: “Чувствуете ли Вы ответственность Вашу?”

“Конечно!”

“Очень многие приходили и говорили: вы нас не должны судить, Бог рассудит”, — сказал Прокопий.

“Правильно говорили”, — молвил Виссарион.

“Неправильно говорили, потому что часть народа они за собой уводили”.

“То есть они неправильно говорили, что вы не должны судить их, один Бог судит?”

“Самые свежие данные — секта Давида, секта в Америке, полторы тысячи человек”, — сказал Прокопий.

“Судить их никто не смел!”

“Всё-таки судить нужно человека того, который повёл их за собой, который считает себя Мессией и сжёг их”.

“Как его можно судить?”

“Он обманул людей!”

“И на что его судить, на смерть? Камнями побить?” — спросил Сын Человеческий.

“Осуждается даже не конкретная личность, а учение осуждается: верно оно или неверно.

А учение неверно, оно как бы отнимает людей от непосредственной Истины”, — сказал Прокопий.

“Но определять Истину не человеку дано!”

“Православное христианство является правопреемником апостолов. Может ли оно так называться? Может!” — спросил и сам себе ответил Прокопий.

“Можно просто сказать: “Вы все дети Авраама”. Но это вовсе не означает, что вы все несёте Истину!” — сказал Виссарион.

Дальше разговор вновь коснулся прошлого Свершения и понимания Прокопием тех далёких событий.

Вернувшись в настоящее, Прокопий спросил: “У меня вот какой основной вопрос. Почему всё-таки в образе Христа?

Если говорить о любви, то можно быть основателем какой-то другой религии и, может быть, даже иметь Божественное начало. Но это всё-таки будет другой путь. Здесь же христианская страна! Если бы Вы пришли в буддийскую страну...”

“А как быть, если Ты есть Тот, Кто Ты есть? Как быть в том случае, если Ты не просто думаешь, догадываешься — Ты знаешь?!

Вот ты знаешь, что ты — человек, ты — Прокопий, ты — не слон, а все тебе говорят: ты должен быть слоном!”

“Как быть? — хороший вопрос, — сказал Прокопий. —Ответственность эта — очень страшная!

Нужно как бы испросить всё-таки Божественные Силы, наедине где-нибудь, сорок дней в пустыне, как Христос... Нам же дано Евангелие! А Евангелие против того, что Христос придёт”.

“Очень жаль, что существует такое толкование”, — сказал Сын Божий.

“Скажите, где Вы взяли, что есть возможность Второго Пришествия до непосредственного Суда? Суд — это новое творение, уничтожение полностью всей Земли”.

“Это — толкование человека”, — сказал Виссарион.

“А где сказано, что Суд будет идти какой-то период времени?” — спросил Прокопий.

“Если есть Пришествие, значит, это и есть Суд!” — сказал Вадим.

“Суд над каждым человеком. А где мы этот Суд видим?” — спросил Прокопий.

“Ты не заметил, что с тобой происходит? — молвил Сын Человеческий. — Как тебе пришлось лгать?! Ты говорил страшные слова за “Круглым столом!”

“Это очень точные слова. Я знаю, я чувствую”, — Прокопий нервничал.

“Ты не знаешь! Ты услышал лживые слова, и ты поддался на них”, — голос Виссариона был строгий.

“Я есть монах. А монахи — посвящённые. Я от вас всех отличаюсь тем, что я чувствую сильнее, чем вы все вместе взятые!” — быстро проговорил Прокопий.

“Прокопий! Не неси глупость такую. Это же глупость полнейшая!” — сказал Сын Человеческий.

“Так же, как Вы считаете себя Кем-то, я так же себя кем-то считаю”.

“Ты считаешь себя монахом, а это — человек, грешник”.

“Нет!” — проговорил Прокопий.

“Ты — не грешник? Ты сказал, что ты не грешник?” — спросил Виссарион.

“В каком смысле? Как это толковать?” — переспросил Прокопий.

“Да в обычном смысле”, — сказал Вадим.

“Видишь, как высоко сразу возносится имя своё! А Я думал, что монахи — это те, кто не стремится вознести себя высоко?” — сказал Учитель.

“Вы правильно думали”, — сказал Прокопий.

“Так почему же ты не следуешь этим заповедям?” — спросил Виссарион.

“А кто Вам сказал, что я не следую?”

“Ты много о себе сказал. Ни один святой не посмел сказать о себе такое!”

“Антоний великий с Богом советовался напрямую, но не с людьми советовался. Вот что такое — монах!”

“Вот так ныне в прелесть впадают. Миллионы людей сейчас общаются якобы с Богом напрямую, они слышат голос, они видят видения святых”.

“Это же прелесть, простая прелесть, — сказал Прокопий. — А вот почему Вы на меня говорите, что я грешный человек?”

“Из твоих уст была слышна ложь!” — сказал Виссарион.

“В чём?” — спросил Прокопий.

“Ты говорил о каких-то терапевтических средствах, которые применяются в общине для воздействия на сознание”, — сказал Вадим.

“Но это есть”, — уверенно сказал Прокопий.

“Покажи это”, — сказал Виссарион.

“Я чувствую!”

“Дорогой Прокопий! Почувствовать это ты никогда не сможешь, потому что этого нет!” — сказал Сын Человеческий.

“Но ведь я общаюсь с людьми, с психотерапевтами”.

“Я тоже общаюсь с ними. В России среди профессоров-психотерапевтов есть последователи, они не нашли ничего такого”.

“Вы им верите, что они ничего не нашли? А может быть, они конкретно этим занимаются”, — сказал Прокопий.

“Ты сейчас опять говоришь неправду! Ты же не знаешь этого!” — молвил Виссарион.

“Колдуны собрались вокруг Вас!” — сказал Прокопий.

“Где? Покажи их!”

“Вот Вы сказали: профессора...”

“Это врачи”.

“Господь говорит, что психотерапия — это обман!”

“Почему же ты слушаешь психотерапевта?” — спросил Виссарион.

“Я слушаю его так же, как слушаю сейчас Вас!”

“Так ты сейчас привёл пример и сослался на его мнение”, — сказал Вадим.

“Ты себя очень сильно вознёс. Ты сказал, что сердцем слушаешь лучше, чем слушают те, кто вокруг тебя”, — молвил Виссарион.

“Во всяком случае, я чувствую сердце”.

“Все точно так же чувствуют”.

“Они могут ошибаться”.

“Ты не можешь ошибаться?”

“А церковь может ошибаться?” — спросил Прокопий.

“Может! Не ошибается только один Бог!” — сказал Сын Человеческий.

“Всё верно”, — согласился Прокопий.

“А почему ты тогда вознёс церковь? Церковь — это люди, это грешники”.

“Господь говорит: “Церковь врата ада не одолеют”.

“Церковь не одолеют. Но не тех людей, которые там грешат”, — сказал Учитель.

“Церковь есть невеста Бога”, — сказал Прокопий.

“Это в образном понимании, но не в том, которое вы туда внесли!”

“А то, что в церкви находятся Вселенские соборы”, — сказал Прокопий.

“Вы нанесли туда грязи, разврата”, — строго сказал Сын Божий.

“Посмотрите, что у вас творится!” — сказал Прокопий.

“Где? Пойди покажи!” — вновь призвал Учитель.

“У нас ненормальный разговор. Спаситель так никогда не говорит, Спаситель более мягко говорит”, — сказал Прокопий.

“Откуда ты знаешь?”

“Я знаю, я видел. Он мне являлся!” — ответил Прокопий.

“Это и есть прелесть!” — сказал Учитель.

“Откуда у Вас эти заключения? Я не имею права заключения делать, а Вы имеете?”

“Ты торопишься, ты говоришь, что у всех прелесть, а у тебя — всё нормально, что ты правильно слушаешь сердце, а все — неправильно. Больно слушать то, что ты говоришь”.

“Мне тоже больно за то, что Вы начали в России, что всё против Евангелия идёт”.

“В чём же против?” — спросил Учитель.

“В том, прежде всего, что Вы секту создали”.

“Какую «секту»?”

“Именно на территории России, которая тысячу лет сохраняет христианство”.

“Кто сохраняет? Веры нет!”

“Я сохраняю!” — сказал Прокопий.

“И ты — неверующий человек, как и те, кто вокруг тебя!”

“Я самый что ни на есть верующий. Я для этого сюда пришёл!”

“У тебя много в голове знаний. А в сердце, к сожалению, очень мало ещё”, — сказал Виссарион.

“Я сердцем хочу почувствовать каждое явление”.

“Тогда зачем унижаешь остальных людей?” — спросил Учитель.

“Мне очень обидно, что именно в России происходит вот это непосредственное Явление.

Я хочу как-то попытаться воспротивиться, чтобы Оно не происходило”, — сказал Прокопий.

“Ты лучше покажи достойный путь. А воспротивиться тому, что ты не знаешь, — это большое горе”, — молвил Сын Человеческий.

“Вадим мне сказал, чтобы я пришёл и поговорил с Вами, и увидел всё собственными глазами.

И я нашёл здесь всё то, что и представлял себе”, — сказал Прокопий в конце разговора.

“Ты нашёл то, что искал.

Ложь можно примерить на всё.

Только правду на всё не примеришь.

Ложь можно найти в любом месте, даже там, где одна Правда”, — молвил Христос.