Глава 23

пускались путники очень быстро. Из женщин поспевала следом лишь Валентина.

Багряный закат сделал такими же горы.

Сын Человеческий был печален и молчалив.

К монастырю спустились до наступления темноты.

“Остальные ещё далеко, тяжело им будет идти по темноте”, — сказал Владимир, оборачиваясь в сторону отставших Валерия, Марии, Любы.

И ответил Учитель, что, двигаясь за Истиной, нельзя опаздывать, иначе тьма пожрёт отставшего,

И что слепые будут водить друг друга во тьме, пока не упадут в яму.

Быстро начинало темнеть.

На горе, в северной стороне от монастыря, едва мерцал огонёк. Там — жилище старца, который многие годы пребывает в посте, молитве и труде. Достойное чадо великого Отца, ибо правдивы его деяния пред Истиной.

Путники сели у монастырской стены.

И взошла над ними удивительная одинокая звезда, освещая своим светом Сына Человеческого и идущих за Ним и горы Синайские.

Подошли отставшие. Мария села рядом и стала рассуждать о том, что ругающиеся и кричащие на горе, в общем-то, хорошие люди.

“Мария, речь не идёт о хороших и плохих людях, речь идёт о зрячих и слепых”, — сказал Учитель.

Вадим и Валерий остались дожидаться тех, кто предложил Учителю разговор со священнослужителями в монастыре.

Виссарион ушёл к машине.

Ожидание было долгим.

Грек с посохом и монахини уже вернулись в монастырь, но приглашать путников не спешили.

Ученики, решив завершить начатое действие, зашли в монастырь сами.

Сторож, не увидев в путниках православных прихожан, не пускал их дальше, отказываясь что-либо понимать.

Со второго этажа внутреннего дома вышли священнослужитель в чёрном одеянии и человек с посохом, предложивший встречу в монастыре, и пригласили путников подняться за ними следом.

И вошёл Сын Человеческий и те, кто был с Ним, в просторную комнату с камином, в которой уже находились священнослужители, монахини и прихожане, знакомые по встрече на вершине.

Навстречу вошедшим поднялся полный мужчина небольшого роста в чёрной рясе, поверх которой была надета вязаная кофта.

Волосы священнослужителя были седыми и убраны на затылке, густая борода тоже была покрыта сединой.

Это был настоятель монастыря святой Катарины. Он был вежлив и обходителен. Познакомился, узнал имя каждого из вошедших. Но напряжение чувствовалось.

Разговор начался с простых, ничего не значащих тем. Но это продолжалось недолго.

Настоятель попросил не запечатлевать разговор на видеокамеру, проявив совпадение мнений с собственными прихожанами, попросившими того же на вершине Синая. “Я думаю, вы меня понимаете”, — улыбнулся он ученикам.

“Какой вид деятельности, какая работа у Вас?” — спросил священнослужитель у Виссариона.

“Проповедование Истины Божией, которая явлена на Землю”, — сказал Учитель.

“Что это за Истина?” — снова задал вопрос настоятель.

Разговор вели лишь двое: настоятель и Виссарион.

“Истина, которая призвана помочь людям объединиться в одну семью”, — сказал Учитель.

“Это новое учение или это можно назвать религией? В моём представлении все русские — православные”.

“Я проповедую то, что проповедовалось две тысячи лет назад и о чём многие забыли”.

“Вы имеете в виду, что вы христиане?” — спросил настоятель.

“Верующие Богу живому!” — сказал Сын Божий.

“Значит, вы настоящие христиане?”

“Слово “христиане” придумали люди. Это Богом не давалось”.

“Вы веруете в Сына Божиего, который приходил две тысячи лет назад, который одновременно является Сыном Человеческим?”

“Да”, — ответил Христос.

“Вы веруете в то учение, которое давалось две тысячи лет назад Сыном Божиим? Мы веруем. Это наша религия”.

“Отныне Истина, которая открывалась две тысячи лет назад в чистом виде, вновь открывается человекам, всем народам на Земле”, — молвил Учитель.

“То есть Вы, Виссарион, несёте послание от Бога?”

“Истинно так!”

“Кем же тогда, на Ваш взгляд, является Христос, пришедший две тысячи лет назад?”

“Он является живым Словом Бога”, — сказал Учитель.

“Вы, Виссарион, верите в Него? Вы являетесь Христом?”

“Я есть Слово Своего Отца!”

“Слово давалось две тысячи лет назад, через Сына Божиего. Вы тот же самый Человек? Вы приходите вторично? Вы тот же Человек, который является Эммануилом?”

“У Меня теперь новая плоть и новое Имя”.

“Это что? Второе Пришествие Христа?”

“Я возвестил об этом сегодня на горе Синай, возвестил об этом на горе Фавор”, — сказал Учитель.

“Вы пришли для того, чтобы возвестить о Втором Пришествии?”

“Да! И положить меж вами черту, поделив на пшеницу и на плевелы!”

“Вы говорите о том, что было сказано две тысячи лет назад. И Вы пришли, чтобы отделить хорошее от плохого?”

Виссарион кивнул в ответ.

“Но в Откровении не говорится, не упоминается Ваше Имя”.

“Имя новое, которое не знал никто, кроме Его Самого”.

“Вы используете Библию. Итак, Вы — Христос с новым Ликом и с новым Именем?”

“Я пришёл говорить не о Себе. И когда возвещаю Слово Своего Отца, Я не говорю о Себе.

Если люди видят, что Я говорю, они понимают, кто Я.

Если они не видят, что Я говорю, то говорить обо Мне бессмысленно”.

“Это всё понятно. Вы говорите то же самое, что говорил Христос.

Меня же интересует, кто Вы такой? Вы говорите не о Себе, Вы говорите от Имени Бога? То есть Отец говорит Вашими устами, говорит за Вас?”

“Да!”

“Здесь много людей, но никто не слышит никакого голоса”, — громко и резко сказал настоятель.

“Они слышали на горе”, — сказал Учитель.

И обратился священнослужитель ко всем, кто напряжённо вслушивался в разговор двоих: “Вы были на горе. Кто слышал голос Бога?”

“Он не идёт ко Мне. Я Его говорю”, — сказал Мессия.

“Я думал, тут группа, которая хочет прийти попить чаю, посидеть, поговорить. А тут, значит, вот как получается?!

Здесь присутствует много людей, которые не были на горе — монахи, священники. И не надо нас убеждать, чтобы мы поверили в Вас, как во Христа”, — сказал настоятель с улыбкой хозяина и обвёл взглядом монахинь, священников и прихожан.

“Вы Меня не поняли. Я пришёл не доказывать Себя.

Если эта стена каменная, то она не нуждается, чтобы в неё поверили.

И если она упадёт на голову вашу, то придавит вас, независимо от того, верите вы в неё или нет!”

“Докажите, что Вы есть Христос!” — священник нервничал.

“Я пришёл не для того, чтобы доказывать. Но вы будете Меня доказывать вскоре”.

“Так любой человек может сказать: “Я пришёл от Бога”. Если Вы — Сын Божий, то поговорите на греческом языке, ведь Вы же Дух Святой?”

“Почему вы вознесли имя своё выше Имени Бога?! Я свершу так, как повелит Мне Отец!”

“Вы сошли с ума и можете говорить всё, что угодно. Вы не логичны. Если Вы — Сын Божий, значит, Вы должны привести какие-то доказательства. Или у Вас с Богом нет никакой связи?!”

Учитель молчал.

Тогда священник громко спросил: “Верите ли Вы в то, что Христос является Сыном Божиим? Да или нет?”

“Да!”

“Если Вы в это верите, то почему называете себя вторым Христом?”

“Но если это так и есть, как же Мне Себя называть?”

Священнослужитель был больше не в силах скрывать своё истинное лицо пред Сиянием Истины. Раздражение и нетерпение были на устах его. “Вы просто ложное явление. Как говорил Христос, много придёт сумасшедших и лжепророков. Вы читали Евангелие или нет?”

“Вы говорите о вере Иисусу, вы говорите о вере в Иисуса. Но в Иисуса верит и сатана и даже знает, что Он есть!”

“Да, верит-то он верит, но он Его не любит, не любит Господа. А Вы любите Господа?” — торопливо спросил священник.

“Тогда Я вам просто скажу: в каждом человеке есть частица Бога...”

Договорить Виссариону не удалось, настоятель сказал своё: “В каждом человеке может быть либо часть от Бога, либо от сатаны”.

“И что — вы вознесли себя, отметив, что у вас только от Бога?” — спросил Сын Человеческий.

Священнослужитель не ответил на вопрос, а сказал: “Такое может делать только сатана”.

“Что делать? Приводить к Свету?”

“Сатана, подобно Вам, пытается вывести людей якобы к Богу”.

“Но почему же сатана не принимает Меня? Почему же он боится Меня?”

“Вы читали Евангелие?” — неожиданно спросил настоятель.

Учитель молчал.

“Да или нет?” — переспросил священник.

“У Меня ощущение, что Я разговариваю со стеной. Мне очень жаль”, — сказал Виссарион.

“Не нужно уходить от ответа. Отвечайте прямо”.

“Я скажу лишь одно, вы — неверующий человек!” — молвил Сын Человеческий.