Глава 2

 субботний день шестнадцатого января, в день отъезда Путника в дорогу дальнюю, вновь звучало Слово Его.

И было сказано: “Ступень за ступенью вы выйдете к тому сотворению, которое и есть ваше предназначение.

Но к этой ступени вы должны подойти, набрав необходимый опыт для наиболее благоприятного созидания вашего предначертания.

И этот опыт вы будете обретать, двигаясь по Пути, которым ведёт вас Отец...

Незначительных шагов не бывает.

Каждый ваш шаг, сотворённый ныне, — это ваша жизнь, это крупинка вашей жизни.

Вырвите частицу своей плоти, вырвите хотя бы малую частицу... Неужели вы не почувствуете ничего? Конечно же, будет больно.

Каждый неправильный шаг вырывает частицу из вашей души, маленькую частицу, казалось бы незаметную.

Но, пройдя множество таких шагов, вы вырвете огромную часть из души своей, и тогда она не восстановится, и сил творить не будет. И та преграда, которая окажется впереди, будет непреодолимой.

И вы, конечно же, вскричите: “Что же мне делать, она для меня непосильна!” Тут уж остаётся обвинить лишь самого себя.

Будьте внимательны, сумейте познать радость труда.

Попробуйте возжаждать любой труд, который подвернётся под руки ваши, ежели этот труд идёт во благо ваших ближних. Ведь это прекрасная возможность подарить своё сердце.

Но не познана ещё красота труда...

Спастись человек ныне может, лишь взявшись за руки в едином прекрасном созидании.

Когда, чувствуя боль другого, вы подставляете плечо своё, умея отдать живительную влагу своего сердца.

Но, пока не происходит созидания, остаётся лишь говорение — говорение о любви, говорение о добре.

Вера без дел мертва.

Только в деяниях вашей плоти проявляется вера Отцу!

Так да будут ваши руки вечно касаться труда прекрасного!”

Красноярск встретил Сына Человеческого одним днём (вечером предстояло лететь в Петербург).

И была встреча на квартире Ларисы, пытавшейся объединить немногочисленных последователей Свершения в родном городе.

И были на встрече с Виссарионом те, кто стремился принять Учителя в сердце своё.

“Сейчас благоприятное время для выбора духовного пути. Много течений, направлений, много накоплено знаний. Как разобраться в этом множестве? Как искать Путь?” — спросила девушка, принимавшая до сего дня учителем своим Шри Чинмоя.

“Разумно искать Истину — великое несчастье, только сердце способно узреть Её.

Истина не будет насильно вливаться в уста, Истину нужно желать испить.

И ныне пришло время сбросить с себя всё человеческое видение, накопленное тысячелетиями.

С прежним тяжёлым грузом в будущее не шагнёшь”, — ответил Учитель.

“Ступая на духовный путь, возрастают страдания. Признак ли это истинности пути?”

“Страдания за себя — знак твоих привязанностей к материальному миру.

Утрата, связанная с собой, — страдание за себя.

Если ты переживаешь утрату, связанную с собой, значит, ты переживаешь утрату привязанности к материальному действию. Такое страдание не указывает на твоё духовное развитие.

А вот исчезновение страдания за себя и шаг к страданию за окружающих — это шаг к истинному духовному развитию”.

И было сказано во дне этом вопрошающим: “Как необыкновенно расписано Дедом Морозом утреннее окно.

Если ты увидишь там лес, то твой ближний согласится с тобой, и вы будете вместе рассуждать о красоте и величии леса.

Но когда один из вас скажет: “Смотри, какие удивительные хвойные ветви”, — другой пожмёт плечами: “Я не вижу их, я вижу лиственные деревья”.

И так, в деталях, вы будете всё дальше и дальше уходить друг от друга, рассуждая об одной и той же картине.

Ибо индивидуальность ваша неповторима, и воспринимать окружающий мир вы всегда будете по-разному, что также проявляется различным восприятием Истины, которую вы принимаете своим сердцем”.

“Невозможно вычерпать море, не закрыв реки, которые туда впадают.

Невозможно уничтожить диавола, не прекратив питание его злобой, негодованием, холодом”.

“Если ты пока не нашёл предначертанный труд, то исполни любой, оказавшийся под руками твоими, если он направлен во благо людей, отдавая в труде этом своё сердце людям.

И если труд сей покажется тебе малозначительным и невыразительным, то это говорит о твоей слабости, но не о никчёмности труда”.

Петербург. Аэропорт Пулково. Вечер семнадцатого января. И была удивительно тёплая встреча последователей и Учителя.

Хлеб, цветы, светящиеся радостью глаза, искренняя песня и множество улыбок, обнявших Учителя широким кольцом.

Люди, оказавшиеся в здании аэропорта волею происходящего дня и не ведающие о Свершении, были также неожиданно увлечены радостным действием и обступили Виссариона ещё большим кольцом, стараясь разглядеть Его в центре этого светящегося круговорота.

И спрашивали они друг друга: “Кто Он?”

И отвечали им голоса многие: “Это — Виссарион, Сын Божий!”

Из Пулково дорога привела на улицу Большая Подъяческая, где петербуржцы организовали центр свой.

И благословил Учитель хлеба и стены храма сего.

В новом дне — встреча Виссариона с последователями в гуманитарном центре.

И звучало Слово о Вере. И было сказано: “Вся Земля-Мать — обетованная, ибо здесь родилась великая Искра Отца — та Искра, равной которой нет нигде!

Велико Мироздание. И только в каком-то его уголке вы понесли это тепло, облекшись в прекрасную плоть, когда пред вами раскрылся великий Путь Вечности: сотворить, исполнить Волю своего великого Отца!

Отец всегда рядом. Взирая, Он ждёт, как вы сделаете шаг.

Ведь вы, как на ладони. Так сделайте этот шаг достойно!

Помните всегда взор Отца. Что бы у вас ни произошло, Отец внимательно смотрит и говорит тихонечко: “Ну-ка, чадо, шагни! Шагни же смелей, ведь Я рядом!”

В ответах на вопросы Учитель сказал о новой школе:

“Души многих детей рождены на века старше, чем родителей.

Эти души во многом опытные, которые призваны стать основой будущего человечества.

В них вложены особые качества, которые при определённом возрасте начнут раскрываться.

И они быстро начнут набирать свою особую силу, то предначертание, которое призваны исполнить.

Посему эта душа уже интуитивно, соприкасаясь с ложью, с неприятным, с неправильным, быстро начинает реагировать против. И это естественно.

Поэтому та форма обучения, которая существует, устаревает, уходит в небытие.

Сейчас вам нужна новая школа, совершенно другая. И эту школу вы будете создавать сами.

Новая школа приводит маленькое чадо к пониманию сказки и помогает ему творить красивое.

Она учит его играть, петь, сотворять удивительное своими руками. Когда он начинает чувствовать, что такое подарить радость окружающим, отдав свой труд, через который отдаёт он своё сердце.

Те познания, которые он обретёт, должны помогать ему в раскрытии его возможностей.

Он должен брать именно то, что в данный момент ему нужно, дабы раскрывать свои возможности.

Если человек жаждет особых познаний, он их может познать в короткое время.

Если он их не жаждет, то может десяток лет учиться в школе, но ничего из этого не узнает.

Это особое качество человека, поэтому здесь нужно быть крайне чутким к поиску ребёнка, предоставляя ему возможность сотворять, трудиться, видеть радость в этом труде, когда он будет работать рядом со взрослыми, сотворяя прекрасное.

Поэтому в школе должны быть мастера труда, мастера кисти, мастера музыки, мастера песен, мастера танцев, мастера многих ещё искусств различных, прекрасных. Вот такая школа и должна сотворяться!”.

Девятнадцатого января один из крупнейших залов Петербурга был переполнен.

И сказал Учитель о встрече в Пулково: “Время нынешнее, когда вы встречали с песней прекрасной, прекрасными улыбками, горячими сердцами и руками, наполненными благоухающими цветами, можно сравнить с тем далёким временем, которое известно вам, как вход в град Иерусалим.

И ежели бы в руках ваших были пальмовые ветви, воистину, они возлегли бы наземь! Как раскрывается ныне это удивительное Свершение, дарованное вам Богом!

Я взираю на ваши глаза, на горящие сердца и, воистину, слышу слово “осанна”, которое невольно возгласили ваши души!

Но впереди ещё много трудностей, и время покажет истину веры человека”.

И был ещё один день в Петербурге, и была встреча с последователями во дворце культуры, где звучали ответы Истины на вопросы многие.

Все три дня пребывания в Петербурге, днём, до вечерней проповеди, Учитель встречался с теми, кто хотел личного разговора с Ним.

И были встречи эти там, где и жили Учитель и ученик, в гостинице, хозяином которой был Сергей, искренний последователь Свершения, приложивший много старания вместе с Николаем и Александром, талантливыми скульпторами, и многими петербуржцами в подготовке приезда Учителя и проповедей Его.

“Когда ты сам увидишь ошибку в действии своём, лишь только тогда ты сможешь её исправить, но не ранее.

Даже если всё человечество укажет тебе на ошибку твою, но ты её не видишь, — поступи так, как будешь считать нужным”, — сказал Виссарион мальчику из Иваново, пришедшему вместе с мамой, обеспокоенной тем, что слишком многие знакомые, считавшие мальчика контактирующим с внеземным миром, давали ему категоричные советы.

“А если будет поздно исправлять?” — спросил двенадцатилетний человек.

“Всему свой час! Поздно не бывает.

Если будет поздно исправлять что-то в самом себе, значит, в этом исправлении не было необходимости. Но важно было осознание своей ошибки”, — ответил Учитель.

И сказала женщина, вошедшая одна к Учителю: “Я не могу задать этот вопрос при всех на проповеди, чтобы не создать неудобную ситуацию. Скажите, если человек смог породить диавола, то может ли человек породить Отца Небесного?”

“Истина не рождается сразу во многом, чтобы потом прийти к одному.

Истина рождается в одном Источнике, чтобы потом прийти ко многим”.

Грустная женщина из Петербурга рассказала Виссариону о неожиданно оборвавшейся жизни сына своего Леонида.

Леонид был знаком с Тааной ещё до встречи с Учителем, которого принял всем сердцем.

В летний приезд Виссариона в Петербург Таана сказала Лёне и маме его, что ходить ему на проповедь нельзя.

После проповеди Леониду стало тяжело от диких проявлений последователей Марии Деви, которые, проклиная Учителя, стремились оборвать Слово Его.

И обратилась мама Леонида снова к Таане, и услышала от неё: “Я же сказала, не надо было ходить к Виссариону. И читать надо не молитву Единой Веры, а “Отче наш”.

И сказала она также, что Леонид должен уйти из жизни, так говорит Бог... Цифра два — будут изменения, и что к нему уже пришли...

Через два дня он начал разговаривать с кем-то невидимым, перестал общаться с внешним миром, рассудок его отключился от привычного мира, проявления стали неконтролируемые.

В психиатрической больнице Леонид стал слышать голос Тааны и ещё какой-то голос, который звал его куда-то.

Выписавшись из больницы, он выбросился с пятого этажа...

И сказал Учитель матери Леонида: “Если ты однажды нашла сказанное Богом, так отдай Истине всю себя.

Последние дни сына твоего — это проявления на бессознательном уровне.

Душа его в эти моменты не совершала выбора, ибо рассудок был в состоянии внешнего контроля. Душа уже сделала выбор свой и двинулась к Свету.

Смерти он уже не познает никогда, он шагнул в Вечность”.

И пришли к Учителю Ольга и друзья её, вместе с которыми получала она послания от Вселенной и стремилась к объединению духовных путей.

“Ныне надежда возлагается на носителей Духа и Света Отца, все светлые пути и силы должны объединиться. Должно засветиться единое солнце”, — сказала Ольга.

“Каждый видит сказанное через призму своего понимания и опыта. Поэтому незаметно может закрасться и непонимание”, — молвил Учитель.

“Но на тонком плане мы все едины”, — сказал один из друзей Ольги.

“Для того, чтобы слиться на тонком плане, нужно покинуть плоть.

Но чтобы слиться воедино в жизни человеческой, нужно принять Истину, единую для всех”, — ответил Виссарион...

И было подарено Учителю в крещенские праздники от последователей Истины Евангелие древнего издания на старославянском языке в кожаном массивном переплёте с большими металлическими застёжками.

Виссарион бережно взял книгу и долго держал в руках, касаясь душой многовековой истории этой книги, дошедшей до Него через жизни многие.