Глава 19

стреча с Учителем после слияния двенадцатого октября.

«Учитель! Как должен поступить верующий человек в следующей ситуации? С одной стороны – решение хозсовета сдавать десятину, ходить на Гору, а с другой стороны – государственный закон об алиментах. Дом построить не получилось, а время идёт, жильё нужно, земля не поднята. Как тут быть? Сдавать десятину или дом строить? Надо ли мне оставить работу в Красноярске, подняться на Гору, если поработать там самому хотелось бы? Как в данной ситуации поступить верующему человеку?»

«У древних евреев этот вопрос не стоял. Десятину старались отдать все верующие независимо от того, насколько они бедные или богатые. Этот вопрос даже не ставился. Это просто священное было таинство.

Но это отношение верующего. Если благодаря десятине вы пробуете ставить праздники, Святыню, какие-то особые нужды закрываете, касающиеся развития Церкви (немного, но хоть что-то особое, и в этом вы все участвуете), это в какой-то мере оправдывает ваше стремление зарабатывать в миру. Ведь, зарабатывая, вы неизбежно участвуете в развитии финансовой системы, которая существует. Вы участвуете в этих операциях, вы участвуете в развитии того, что всегда играло против человека.

И ваша десятина – это попытка ваша как-то оправдать, хоть как-то окрасить в белый цвет то тёмное, что неизбежно присутствует в вашей жизни, пока у вас такая огромнейшая зависимость от денежной единицы. Поэтому здесь… ну что тебе дальше сказать?»

«Ответ мне понятен. А вот, допустим, вопрос с жильём затянут. Дом ведь действительно надо строить…»

«Тут ты делаешь просто в меру сил. Потому что, если говорить о материальном достатке, его на самом деле, можно сказать, ни у кого нет здесь и никогда и не будет. Такого, который общепринят уже в обществе, к чему стремятся в основном люди в обществе. Ведая о развитии прогресса, цивилизации, они стремятся иметь то, другое… и вот это для удобства, и вот это…

Если есть возможность, не особо туда отдавая все свои силы и не забывая про духовное, что-то всё-таки приобрести и это действительно может удобней быть – да пожалуйста! Нельзя говорить, что весь прогресс негативный. Нет.

Всё зависит от того, как человек прикладывает к этому свои силы, насколько он поглощается устремлением к тому или иному благу и тем или иным ценностям. Если легко достаётся это, не особо затрачиваешь усилия и ты всё-таки массу своих возможностей посвящаешь духовному становлению, а где-то побочно тебе удаётся что-то улучшишь – да и пожалуйста.

Но если это требует действительно всех твоих сил, всех твоих умственных усилий, то, конечно, это уже не то. Потому что в таком устремлении человек действительно духовно развиваться не сможет. Хотя он вроде бы преследует как будто бы благие цели: дом нужен, ребёнку надо купить в школу одежду, надо учебники, лечиться и ещё что-то… Много таких получается проблем.

Но если всего себя этому посвятить, то вообще на самом деле будет очень проблемно духовное становление проводить, потому что такие проблемы почти постоянны.

И более того – чем больше человек посвящает себя материальному, материальным ценностям отдаёт свою жизнь, тем больше у него неизбежно рождается проблем от этого. Как цепочка последствия естественные от этого начинают возникать, которые также начинают требовать ещё больше усилий в эту сторону. И сколько человек ни стремится туда, оказывается, ему никак не удаётся достичь какой-то гармонии, чтоб прекратились у него заботы, тревоги, нужды. Они не прекращаются.

Но вы приехали сюда… и у вас очень много здесь таких забот. Решить их как порой вам хочется, можно сказать, и не удастся никогда, здесь находясь, потому что здесь другие приоритеты, другие меры выстраиваются и другие ценности устанавливаются.

Главное – это прежде, конечно, духовная ваша сторона. От того, как вы себя поведёте в выборе между духовным и материальным, очень сильно зависит ваше благоденствие и благоденствие детей, ради которых вы как будто бы прилагаете жизненные усилия максимально. Но на самом деле их благоденствие зависит от того, как вы духовно сами установитесь. Это немаловажно, особенно здесь.

Те дети, которые сразу не поймут вас, должны будут окунуться в ценности другого рода. Но они придут, они узнают разницу и придут, они вспомнят ваши усилия, которые они не могли оценить раньше, они поймут вас.

А если вы не сделаете этого, то им понимать будет нечего, им сравнивать нечего. У них единственный выбор будет, который и выбором уже назвать будет нельзя. Как накатанная колея, которая вынуждает двигаться только уже в проторённом направлении со своими бедами, неприятностями, какими-то скупыми радостями искусственными, неестественными».

«Учитель, у меня такой вопрос… Я даже не знаю, задавать его или нет. Ты вроде отвечал всем на этот вопрос. Может быть, мне, как человеку маленькой комплекции, оставить строительство дома, зарабатывание средств?»

«Не пойму, почему ты про комплекцию говоришь».

«Здоровье физическое…»

«То есть ты не можешь поднимать брёвна, которые другим легко удаётся поднять? Они их, как карандашики, складывают – получается дом, и живут припеваючи. А ты возле бревна ходишь уже полгода, поднять его не можешь никак, и дом, как был вначале – в разметке, так разметка эта ещё и осталась, да? И ты не знаешь, дёргать дальше это бревно или что делать?»

«Могу поднимать. Я просто говорю о том, что, когда я начинаю соприкасаться с заработками, у меня возникает печаль… Здесь строится Святыня, здесь люди учатся дружить, строить Божье, строят Храм…»

«Тогда ты Мне для чего про комплекцию упомянул?»

«Ну, всё-таки я маленький как бы…»

«Я не пойму параллель между тем, что ты говоришь о комплекции, и строительством Святыни».

«Я так решил задать вопрос Тебе».

«Но это Мне странно. Если ты упоминаешь, значит, это должно играть какую-то ключевую роль. В связи с этим ты должен задать какой-то вопрос. Но ты, получается, какую-то странную параллель проводишь, и у Меня не складывается «комплекция» и «строительство Святыни». Как будто подразумевается, что большим легче как будто бы складывать Святыню, что ли. Маленькому сложнее, и ты что-то для маленького хочешь спросить?»

«Делать я многое могу, просто к слову пришлось».

«Чтоб мы сказали: «Да нестрашно. Мал золотник, да дорог» – да? Чтоб так Я сказал?»

«Нет».

«А тогда для чего это? Вопрос какой?»

«Что всё-таки для верующего главное?»

«Строить Святыню или зарабатывать деньги, уезжая куда-то?»

«На этот вопрос я, конечно, предполагаю Твой ответ».

«Так, и… теперь твой вопрос».

«Допустим, нужен ли дом для верующего человека?»

«Ну, желательно дом иметь, ведь надо же семью иметь, вырастить детей».

«Да, но дом ведь просто так не построишь».

«Верно. Так тогда что? Вопрос-то какой у тебя?»

«Нужно ли зарабатывать деньги? Вот Ты меня видишь… Ты же Учитель, Ты Христос, Ты можешь…»

«Я должен тебя знать очень хорошо».

«Но Ты…»

«Нет, Я тебя не знаю хорошо».

«Но всё-таки я думал, что, может, Ты на меня посмотришь и скажешь…»

«…что именно тебе этого делать не надо, да? Нет, так Я не могу делать. Это очень сильное вмешательство в судьбу человека – лишать его свободы выбора.

Это уже противозаконное действие, это не Божье, и поэтому Мне не надо это знать. Если Я это буду знать, Я начну переживать: как тебе подсказать? Меня это будет немножко будоражить.

А так как Мне этого делать нежелательно, то Я буду от этого только больше страдать, это будет больше усталости приносить. Представь, что Я знаю про каждого, что сегодня ему надо срочно подсказать, иначе у него будут проблемы, но подсказывать нельзя. И что Мне с этим делать? Поэтому Я не знаю. Я нахожусь на определённой дистанции очень важной, благоприятной для Моего существования среди вас».

«А вот священнику Ты говоришь: «Благословляю тебя на священное служение», и он уже знает, что ему делать, он проводит литургии, песнопения … А у меня как?»

«Да. А ты благословлён на благие дела. И ты не знаешь, как делать их?»

«Что?»

«Ты благословлён на благие дела: строить Семью, строить дома, Святыню отстраивать, участвовать в трудах различных, помогать ближним. Ты на это благословлён. И ты не знаешь, что делать? Священник знает, а ты не знаешь?»

«Теперь уже понял».

«Ну, так всё это ты и должен делать. Просто, видишь, есть вещи, которые вы должны обязательно решить сами. Я не могу сказать, что зарабатывать – это вообще неуместно для верующего. Потому что, если такое запретить вам сейчас, вы попадёте в очень жёсткие проблемы, серьёзные проблемы, а вы не готовы их решать вместе, вы не едины.

Вы вместе тут вроде бы есть, но вы не едины. И чем сложнее будет у вас что-то становиться в семье, тем больше вероятности, что вы пока ещё разойдётесь в стороны, вы не будете заботиться друг о друге так, как это требовалось бы. Вы замкнётесь, вы испугаетесь. Это опасно. Поэтому Я не могу сделать вам такой призыв.

Если бы Я собрал только какую-то очень узкую группу людей действительно верующих, выбрал единично – да, с ними можно было бы уйти и в шалаше быть счастливыми, замечательно всё строить такое, по мелочи, и была бы хорошая атмосфера. Удивительная, священная атмосфера могла бы быть создана. Но это не имеет будущего.

Они побудут (эта группа людей), закончат свою жизнь, и о них останется только хорошая память. Все будут говорить: «Да, это замечательные были люди!» Можно пойти поклониться на это место, поставить там монумент какой-то, в молитвах просить у них помощи, у этих подвижников, однажды бывших. И всё.

Но Истина даётся, чтоб вы построили другое общество, Царство Небесное на Земле утвердили своими руками, а не просто умерли и оставили память о себе замечательную.

Вы его должны построить, значит, нужны дети, значит, нужно воспитание, нужно развиваться в творчестве, надо развивать искусство, потому что благодаря этому вы как раз и облагораживаете окружающее пространство. Информацией творческой, поэтической, песнями, сказаниями, творениями картин, искусств, музыки вы изменяете окружающее пространство. Своей любовью, своим желанием творить красивое. Вот что важно.

Поэтому здесь не маленькая группа людей нужна – нужно общество. А общество – это уже серьёзное такое таинство, где надо именно соединить между собой людей в этом обществе. Они должны правильно соединиться, не по древним примитивным традициям, как это принято (эгоистический закон взаимовыгоды – все ищут друг в друге выгоду, только в этом они стремятся друг к другу). Как только вы чувствуете, что выгоды нет, вы и не знакомитесь с человеком, и не идёте к нему, он вам не нужен.

А это как раз и есть ваша болезнь. Вы не так смотрите, поэтому вы и не соединитесь, если поставить вас в серьёзные законы, ввести вас в те таинства, которые на самом деле должны быть гармоничны для вас, естественны. Но вы там не сможете жить нормально.

Поэтому пока вы в каком-то определённом переходном режиме находитесь, где Я не могу запретить вам, но и не рекомендую увлекаться этим. Потому что, если увлекаться, это бесконечная история.

Вы, увлекаясь, легко проваливаетесь в накатанное и теряете человеческий облик, вы забываете, кто вы такие, забываете свои истинные ценности в этом случае, и очень просто, и очень легко. И начинаете торговать своими усилиями, услугами уже почти в каждой мелочи. Какое-то усилие – вы уже смотрите, как бы оговорить взаимовыгодные условия, что можно было бы взять взамен ваших применённых благих якобы усилий.

Но это уже перестаёт быть благим усилием, перестаёт. Если вы что-то отдали за деньги, это стоит ровно эти деньги. Не больше! Если вы отдали от своего сердца, это цена другая, это никакими деньгами не измеряется. Вот это не забудьте.

Вы сейчас окунулись в то, что привычно вам, вам присуще. А вот теперь, помня, что вы слышали много раз, теперь сумейте вырулить из этой ситуации, имея эти маячки, ориентиры, потянитесь к этим ориентирам.

Конечно, если есть где-то возможность что-то заработать или что-то поднять, дом какой-то, наладить хозяйство, улучшить для детей какое-то жизнеобитание – ну нормально, ладно, пускай будет. Но какой ценой вы это делаете? Вот тут вы должны посмотреть, внимательно прислушаться к себе.

Видишь, это как раз та область, где Я не могу, не должен вмешиваться. Это ваш экзамен, и нельзя подсказки вам давать. Общие Я дал нужные подсказки, ориентиры поставил, много ориентиров. Но вы теперь должны найти, как двигаться к ним.

Потому что нельзя каждый раз каждый шаг показывать, вы же должны мыслить. Если Я приучу вас к подсказкам на каждый шаг и не думать самим, тогда Мне нельзя будет вас покинуть, вы не сможете двигаться самостоятельно. А вы должны научиться двигаться, вы должны чувствовать научиться, выбирать, пробовать, ошибаться, опять делать выбор новый, смелый, уметь жертвовать.

Духовный путь требует жертв немалых, очень ко многим жертвам надо прийти. Потому что в основном человек соткан из эгоистических побуждений, а двигаясь в духовном направлении, как раз с этими побуждениями нужно будет поработать. То, что они просят, – от этого нужно будет отказаться.

Это будет жертва, чувственная жертва, потому что будет хотеться взять, но вы должны будете отказаться, отдёрнуть руку, в нужный момент особенно. Поэтому смотрите, думайте…»

«Я хочу поблагодарить Тебя за подсказку, которую Ты сделал мне в прошлый раз, и спросить. Правильно ли я чувствую, что когда преодолела себя и стиснула зубы, когда хочется оправдываться и защищаться, то первый раз это сделать очень трудно, а потом всё легче и легче становится, какая-то радость внутри появляется? Скажи, пожалуйста, эта радость – свойство души моей или плоти (ведь все горячие ситуации-то плоть переносит)?»

«Душа с плотью очень тесно связана, можете не разделять это. У вас нет такого понимания, что чувствует сама по себе душа без плоти, такой информацией вы не обладаете, находясь в теле. Поэтому можете не задумываться об этой разнице.

Учиться испытывать истинную радость вы будете естественно, с течением времени, когда делаете правильное решение. Не задумывайтесь, в какой момент у вас проявилась какого рода радость. Вы, главное, смотрите, что именно вы делаете.

Ваша задача – сделать правильные усилия. Делая правильные усилия, вы преобразуете себя. И чем больше преобразуете, освобождаясь от лишнего нахламления, тем больше и чище радость начинает возникать у вас внутри, она становится красивее.

Но она со временем сама отполируется и будет замечательной, удивительной. Ваша задача – правильные шаги. Вот на это обращайте внимание, потому что это можно видеть, об этом можно думать и делать выбор.

А какая радость – вам будет трудно это оценивать, тем более прилагать какие-то конкретные усилия в отношении своих чувств. Их нельзя применить».

«Добрый день, родной!»

«Здравствуй. Давно не видел тебя».

«Я тоже соскучился по Тебе, радость моя. Я Тебе такой вопрос хочу задать. Часто на своём жизненном пути я встречаюсь с влюблёнными, и мне надо научиться красиво им оказывать помощь. У женщин в основном ситуации такие, что они иногда вспыхивают рядом с мужем и их как бы некому поддержать.

И у меня была такая ситуация с одной влюблённой девушкой. Она прибежала ко мне, мы начали разбирать её проблему, и я почувствовал, что вся её природа тянется ко мне. И в это время я начал говорить ей такие слова: «Радость моя, счастье моё, любовь моя». И у меня пошли внутри сомнения: имею ли я право просто как друг такие слова сестре говорить? Стоит ли говорить замужней женщине такие слова, как «счастье моё»? Или их можно применять только к Тебе, как к Христу, как к Истине, как к другу своему? Или тоже могу применять их как к Божественному дару в других?»

«Здесь какой-то особой подсказки об уместности – неуместности нельзя выразить, потому что сами по себе слова нормальные, человеческие.

Но у человека есть особенность вкладывать некий смысл, который присущ только человеку, то есть выстраиваются фразы с оттенками именно человеческими. Нельзя вам будет выстраивать фразы исключительно разумные, чётко выверенные. Поэтому в ваших фразах всегда присутствует какой-то оттенок, против которого не стоило бы бороться и к нему придираться. То, что ты проговорил, это допустимо, нормально.

Единственное, ты должен быть в этом случае внимателен к тому, как человек может отреагировать, какие бывают особенности у тех, с кем ты встречаешься, какие психологические нюансы, оттенки могут проявиться у человека, как он может особенно отреагировать на то, что ты скажешь (и сможет ли особенно отреагировать, либо воспримет это как тёплое что-то, хорошее, дружеское, и всего лишь).

Тут нужно будет учиться, набираться опыта. Познавая ближних, ты будешь учиться и применять свою помощь им с учётом каких-то их индивидуальных особенностей неповторимых. Вот за этим надо смотреть.

Особенно если ты не особо уверен, как может отреагировать на это человек, и не хотел бы порушить его семью, вторгшись с теми словами, которые он никогда не слышал (от мужа женщина). Он может привязаться очень сильно сразу же к тебе, считая, что ты всегда такой и в любом случае говоришь только такие слова, и не зная, что ты можешь брякнуть и другое по настроению.

Но он начинает верить и надеяться, и если он сравнивает, что слышит от тебя и что говорит муж, у него могут возникнуть неправильные оценки внутри, может возникнуть повышенное требование, и человек (жена – Вад.) скажет мужу: «Вот он говорит, а ты не говоришь». И это только негативную роль может сыграть.

Поэтому тут только лишь надо быть внимательным, мудрым и внимательно смотреть, что ты говоришь, когда говоришь, кому говоришь.

И то, что говоришь «моё», это… ты как будто бы выражаешь, что ты видишь человека – и тебе радостно, это радость твоя, ты свою радость испытываешь».

«Мне хочется согреть человека этого».

«Это нормально, нормально. Но вот слова… Надо быть тут уже внимательным. Поэтому-то и возникали все притчи о том, что «слово не воробей, вылетит – не поймаешь». То есть сказал – и оно уже начинает действовать. А как оно будет действовать? Последствия могут быть разные, и дальше остаётся пожинать последствия своего сказанного слова.

Так что смотри. Но в принципе слово, которое ты упоминаешь, не является недопустимым однозначно. Допустимым может быть, но в каком-то случае может быть и недопустимо. Тут уже ты должен знать человека или, по крайней мере, осторожней быть поначалу, а там уже посмотришь, узнавая больше».

«И ещё второй вопрос. Я у Отца всё время прошу помощи в обретении смирения. Мне кто-то помогает создавать образы. Например, такой, что я нахожусь среди братьев, как песчинка у их ног? Или образ такой, что стоит трон примерно четыреста метров высотой, Ты на нём сидишь, и мы там где-то внизу, и Твой огромный труд – это разглядеть нас».

«Ого! А Меня разглядеть-то хоть можно на троне?» – спросил Учитель под смех задающего вопрос.

«Ты тоже такой же высокий, большой… Так вот такие образы мне кто-то помогает создавать, или это мой внутренний мир сам создаёт их в помощь мне?»

«Зачем тебе такой вопрос? Ты стараешься создать и что-то видишь – ну и ладно.

Не надо вводить какую-то особенность дополнительно к тому, что вам прежде всего присуще. То, что вам присуще, – это уже особенное. Не ищите ещё большего чего-то в этом, чтоб что-то, допустим, присутствовало ещё более особенное. Из того, что вы делаете, более особенного ничего больше не существует в мире Вселенной. Вы и есть особенные.

Вы просто научитесь этим правильно пользоваться, не пугайтесь, любите то, что вы делаете, и развивайте то, что вы можете и призваны делать. Это и есть самое особенное, что можно придумать в мире Вселенной, в деятельности разумных существ, к которым вы пробуете относиться».

«Учитель, здравствуй! Вопрос на тему о словах. Бывает, что от меня звучит шутка, в которую я ничего отрицательного не вкладываю, но через мгновение я чувствую, что она не совсем чистая. Я не могу определить, то ли это моё выходит, то ли это моя реакция на реакцию другого человека на мою шутку».

«Может и так, и так быть. В этом случае лучше сразу извиниться. Как только это почувствовал, сразу попроси прощения у ближнего, скажи: “Возможно, тут я, наверное, сгрубил. Вы уж простите меня, если что-то вас кольнуло”».

«Спасибо. Но ведь сначала это как шутка идёт, а потом, какое-то мгновение спустя, я воспринимаю, что это уже не шутка, а какая-то грубость».

«Тогда внимательно проанализируй, что именно тебе показалось грубостью: какое-то конкретное слово, какое-то выражение, через которое можно было задеть кого-то из ближних. То есть тут нужен анализ дополнительный, чтобы не просто испуг был».