Глава 2

ридцать первого января были получены визы для всей творческой группы в эстонском консульстве Петербурга. На следующий день на небольшом автобусе, который был прислан за участниками выставки из Таллина, путники вместе с картинами отправились в дорогу.

Российский таможенный досмотр был долгим, пришлось выносить из автобуса все ящики с картинами в зону досмотра и, открывая каждый ящик, доставать все картины. Потом потребовалось столько же времени, чтобы картины поместить обратно в ящики.

Получилась импровизированная выставка на таможне, при просмотре которой таможенники удовлетворённо отметили высокий уровень произведений, сказав, что редко удаётся увидеть такие картины и что в основном на выставки вывозятся произведения, о содержании которых трудно догадаться без дополнительных пояснений, которые, в свою очередь, неудобно спрашивать у авторов.

Долгий досмотр заставил путников проголодаться. Трапеза началась в автобусе при подъезде к эстонской таможне. Эстонский таможенный офицер проверил документы, заглянул в автобус, поверил на слово, что в ящиках находятся только картины для выставки в Таллине, и, улыбнувшись, пожелал приятного аппетита. Радушно и добрым знаком Эстония встречала художников…

Вечером в Таллине в кабинете Катрин, директора выставочных залов Государственной библиотеки Эстонии, Учитель с учениками дали интервью таллинской «Ежедневной газете» о предстоящей выставке и о жизни сибирской общины.

После чего картины остались ждать до утра в Государственной библиотеке часа своего появления на стенах самого большого выставочного зала этой библиотеки. А Учитель отправился к гостеприимной Хелле, квартира которой и была Ему домом три дня и четыре ночи на эстонской земле.

Третьего февраля, прибыв до назначенного времени открытия выставки, Учитель осмотрел экспозицию, выглядевшую ярко и контрастно на строгих каменных стенах выставочного зала, и после дал интервью съёмочной группе эстонского телевидения, приехавшей в выставочный зал для беседы с художниками.

«Как Вы пришли к тому, чтобы начать рисовать настолько профессиональные работы? Насколько я понимаю, у Вас нет академического образования?» – был один из вопросов женщины-журналиста к Виссариону.

«Если посмотреть на мастеров древности… ни один мастер не имел никакого академического образования.

Мастером можно стать не когда тебя делают мастером, а когда ты умеешь делать выводы из того, что видишь, анализировать, сравнивать…

В нашу эпоху достаточно возможностей бывать во многих музеях, многое видеть, много читать. И огромная возможность сравнивать и делать выводы, на которых как раз и можно учиться.

Поэтому всё зависит от самого человека. И если он любит своё дело и хочет совершенствовать своё умение, то для этого у него есть всё. Надо просто лишь делать, не терять время…

Насколько Мне удавалось, Я пробовал делать. Хотя время в той деятельности, которую Я веду, выделить на творчество было не так-то просто. Только три - четыре последних года Я вновь начал более-менее к этому прикасаться…» – ответил Художник.

Выставка открылась мягко, доброжелательно, при большом скоплении зрителей, приехавших к событию из трёх прибалтийских государств. Учитель на открытие выставки не поехал, не ощущал потребности быть там и, возможно, не хотел отвлекать своим присутствием от просмотра картин.

Открытие, в котором с приветственными словами выступили и искусствовед, и директор залов Катрин, и художники Игорь и Николай, и Урмас, один из организаторов выставки с эстонской стороны, плавно и естественно перетекло в вегетарианский фуршет, где продолжились приветственные речи и было жизнерадостное выступление цыганского ансамбля из Латвии.

Ромы (цыгане) приехали на выставку большой семьёй: поучаствовать в открытии и увидеть впервые свои портреты, нарисованные рукой Учителя. Свои живописные изображения с восторгом и трепетом увидели и Нормунд, цыганский барон, вице-президент Всемирного ромского союза, и его жена Лилия, и их дочь Роксана.

Нормунд в приветственном слове сказал о том, что картины на этой выставке открывают души, как ключ к любви и красоте. После его приветствия Роксана, Сандо и Вините в слаженном и зажигательном трио исполнили несколько мелодичных цыганских песен…

Четвёртого февраля в конференц-зале Государственной библиотеки произошла общая встреча с Виссарионом. Зал был заполнен желающими увидеть, услышать Виссариона и задать ему свои вопросы. Встреча продолжалась более двух часов.

В начале встречи Учитель поприветствовал собравшихся: «Добрый день, дорогие друзья. Долгое время у Меня не было возможности приехать на эту землю. И вот приглашение от людей, живущих на этой земле, приехать с художественной выставкой смогло реализоваться на этот раз…

Если картины, которые мы привезли к вам, смогли принести вам какую-то радость, обогатить вас, то мы уже рады, что что-то хорошее нам всё-таки удалось на этой почве сделать…»

Несколько фрагментов из этой встречи с Учителем…

«Учитель, как объяснить, что у Тебя эстонская фамилия Тороп?» – была зачитана Вадимом первая записка.

«Не знаю. Не интересовался, откуда идёт фамилия, которую Я имею, – улыбнулся Учитель. – Но, может быть, что-то и связано…

Для эзотериков это хорошая пища для размышлений. Но к этому лучше отнестись проще.

Все люди на Земле одинаково ценны, одинаково равны для Бога. И нет такого народа, такой земли, которая определялась бы как наиболее значимая в духовном смысле. Это слабость человека проявляется в его стремлении особенным образом оценить место, где он живёт.

Вся Земля – одинаково Дом людей, один Дом. И одинаково дана всем людям. И духовная ценность у всех равна. Разные уголки на Земле создают разные оттенки испытаний разными условиями, которые придают свою окраску, свою поэзию формированию духовного мира человека…»

Завершая ответ, Учитель сказал: «Не может быть избранного народа. Это неправильный взгляд на Любовь Бога к людям.

Это детская потребность – чтобы родитель любил своего ребёнка больше, чем других детей. Дети этого очень хотят, и, если они видят, что их родитель может выразить большую любовь к какому-то другому ребёнку, они ревнуют.

Но это дети… пока ещё не выросли, не созрели. И если взрослые люди способны так ревновать, они ещё не выросли, они ещё маленькие. Зрелый человек не должен так рассуждать. Все народы замечательные и одинаково родные».

«Учитель, травматично ли для ребёнка отучение от материнской груди? Правильно ли ждать, что ребёнок сам откажется от грудного вскармливания?»

«Нет, не обязательно ждать, чтобы ребёнок сам отказался. Но и надо быть осторожным, чтобы не торопить это время и раньше времени не отучить ребёнка от груди только потому, что женщина боится, что у неё красота женская как-то от этого утратится.

Это неправильный взгляд, это уже слишком эгоистически – когда мама беспокоится прежде о том, что будет с её телом, а не беспокоится о том, насколько благоприятно это будет для ребёнка».

«В чём причина недостатка веры в Саи Бабу или в Виссариона? И есть ли возможность это решить?»

«Не надо смущаться, что у вас как будто бы недостаток веры во что-то, в кого-то. Вера определяется зрелостью духовного мира человека, и насильно изменить степень этой веры никак нельзя.

Можно только одно: если человек зрелый духовно, но по каким-то причинам был на некоторое время ослеплён, то тогда можно создать условия его прозрения, когда он активно проявит свои возможности. Но это редкие явления, они связаны с какими-то обстоятельствами особенного рода.

А в основном, в большей массе своей, всё по-другому обстоит: всё зависит от того, какова зрелость вашего духовного мира. В соответствии с вашей духовностью будет проявляться ваша вера.

Вера – это и доверие. Но чем больше страхов внутри, тем меньше какого бы то ни было доверия. И более можно сказать: человек боящийся даже себе не верит. О какой вере во что-то большее тогда можно говорить?!

Поэтому ряд обстоятельств будет человека учить менять себя и видеть Истину глубже, шире. То есть нужно, чтобы создавались такие условия. И они будут создаваться во благо человека.

Так что не пугайтесь. Если что-то вы не до конца видите, старайтесь искренне сделать то, что уже видите. Вот это и есть важная задача.

И если в конце дня вы можете, проанализировав прошедший день, сказать себе, что вы действительно сделали всё возможное в положительном смысле, значит, вы сделали то, что от вас ожидалось.

Именно так нужно определять свои усилия. Вам будет трудно оценить, получилось или не получилось что-то, если будете смотреть на плоды рук своих. Вы не сможете оценить это правильно. Единственное, что вы можете оценить правильно, – все ли вы силы постарались отдать? Вот это очень важно уметь внутри определять.

Я допускаю, что в какой-то мере вы всё-таки и ошибётесь, но это наиболее благоприятная точка опоры, на которую смелее опирайтесь!»

Утром пятого февраля Учитель вместе с Соней и Владимиром Громовым на его машине отправились в Латвию, откуда Учитель намеревался поездом возвращаться в Петербург.

Выставка же в Таллине продолжалась до четырнадцатого февраля, и продолжалась очень успешно. Смотрительницы залов говорили, что такой посещаемости выставки живописи они не помнили за всю свою работу. И удивлялись, что даже мужчины немалым числом приходили смотреть картины…

Двое других участников выставки, художники Николай Онищенко и Игорь Гончаров, оставались на выставке до её завершения. Вадим задержался в Таллине, чтобы провести в Старом городе концерт-встречу…

Недалеко от границы с Эстонией в небольшом латвийском городке Саласгрива Учитель остановился на обед в доме семьи Громовых.

Ближе к вечеру Учитель отправился в сторону Риги в небольшой приморский городок Саулкрасты в родовой дом большой цыганской семьи Рудевичей, где произошла вечерняя трапеза с Учителем, переросшая в красивое, глубокое и трепетное таинство.

Цыганская семья была счастлива, что их дом вновь посетил Учитель. Учитель в кругу ромов и друзей, тоже приехавших на вечерю, чувствовал себя уютно, ибо окружали Его любящие сердца.

Трапеза сопровождалась беседой, красивым и чувственным цыганским пением, народной инструментальной латышской музыкой, исполненной Марисом и Сниедзе.

Учитель был в белом хитоне, поверх которого был надет тёплый жилет, заботливо предложенный друзьями. Виссарион находился во главе длинного стола и доверительно, по-домашнему отвечал на адресованные Ему вопросы, большее число которых исходило от Нормунда, находившегося рядом с Учителем, по левую руку от Него…

В какой-то момент среди доброй беседы наступило затишье, взоры обратились к Учителю, который с нежной улыбкой благословлял хлеб, преподнесённый с любовью, трепетом и уважением Лилией, женой Нормунда.

Благословив хлеб и преломив его на части, Учитель дал каждому часть благословлённого хлеба. Частей оказалось столько, сколько было участников вечери…

Среди тишины таинства Учитель попросил взглядом Нормунда наполнить чашу красным виноградным вином (до этого момента вино в трапезе не участвовало).

Учитель взял наполненную чашу в левую руку и долго благословлял содержимое, держа правую ладонь над чашей. Тишина стала звенящей.

Закончив трепетное действо, Учитель, ещё в задумчивости, вытер ладонью скатившуюся слезу, сделал глоток из чаши и передал её Нормунду. Нормунд сделал свой глоток, бережно передал чашу Лилии, а сам преклонил колено и голову пред Учителем. Учитель с улыбкой прикоснулся к голове и рукам Нормунда…

Следом все присутствующие в этом таинстве, передавая чашу друг другу, сделали свой глоток благословлённого вина и преклонили чело своё пред Учителем. В мгновениях этого действия Лилия тихо произнесла: «Мы – Твои родные. Никогда не сомневайся в нас».

Тихие слёзы были на глазах многих, мужчины тоже не стеснялись влажных глаз своих…

В завершение долгого вечера Учитель попросил Нормунда оставить благословлённое вино в чаше для причастия к происходившему Вадиму и Борису, которые в эти мгновения были на запланированных ранее мероприятиях и которым тоже должно было войти в таинство это. Что и сделали они разное время спустя…

Вечером шестого февраля Учитель отправлялся поездом из Риги в Петербург, откуда Ему предстояла быстрая дорога домой. Провожали Его в Риге большим числом друзей, среди которых были и латыши, и цыгане, и эстонцы, и русские…