Глава 38

гновения из ответов Учителя на декабрьских воскресных встречах после слияния в долине папоротников. И ответы Учителя на вопросы, прозвучавшие на встрече 28 декабря в долине слияния от членов мужского клуба, ведущей которого была Люба, жена Учителя.

«Если женщина становится рядом с мужчиной и начинает ему служить, то тогда обязательно брать друг за друга ответственность? И если женщина увидела, что можно оказать небольшую помощь второму, третьему, четвертому мужчине: связать носки или еще что-то, то это допустимо?»

«Да, конечно. Это не такое полное служение, как возможно в супружеском соединении. Но даже и без этого особенного соединения, конечно же, служить можно.

Если нет необходимости, благоприятности для такого соединения, они прежде определяются друзьями.

Вот отсюда и возникает выражение «друг другу», где уже упоминаются слова, за которыми скрывается большой смысл. Они должны быть действительно друзья. Не чужой чужому, а друг другу. Поэтому другом надо учиться быть в любом случае.

И быть другом кому-то — это уже служить, неизбежно служить. Друг всегда беспокоится о том, как у ближнего дела идут, как у него обстоятельства складываются, как у него здоровье, как у него самочувствие на чувственном, психическом, уровне, нужна ли поддержка какая-то.

Это все друг определяет. Как друг, он смотрит и заботится. И если он может быть хоть немного полезным, он стремится быть полезным и выражает свое умение, насколько он это способен сделать. Так что это нормально.

И в данном случае как женщина, так и мужчина стремятся быть друзьями всем, а не кому-то конкретно. Если он научился кому-то конкретно помогать, он дальше смотрит, а может ли он еще кому-то другом быть. Но это равные условия для всех.

И если женщина определилась, что кому-то хочет посвятить какую-то особенную часть жизни и чаще быть с кем-то — вернемся к началу вопроса, — не обязательно в супружеских отношениях, но тем не менее быть больше рядом с данным мужчиной, то, конечно же, нельзя так рассмотреть, что она сможет одинаково уделить время всем.

Это будет трудно сделать, потому что там, где она проживает, она больше видит нужду и видит ее чаще, поэтому будет, естественно, чаще стремиться там что-то разрешить.

Но если на этом пути она все-таки начнет каким-то образом замечать, что где-то еще есть нужда, и у нее есть возможность это сделать, выбирая между меньшим и большим, то, конечно, это нормально — сбегать еще что-то сделать где-то.

Здесь, главное, смотреть меньшее и большее: что в данный момент есть и что предлагается сделать в другом месте. И если там действительно более существенная потребность в оказании какой-то помощи, она спокойно встает, бежит, быстренько делает.

И мужчина ни в коем случае, как друг, не выразит недовольство. Ни в коем случае!

А если он начнет это подмечать, проговаривать: «Вот, ты туда бегаешь, там больше внимания уделяешь, здесь не сделала …» — он не друг. Он неправильно относится к дружбе женщины. Он стремится видеть эту ситуацию как собственник, а это уже недостойно верующего и в принципе недостойно мужчины. Он не должен так к женщине относиться».

«Ученик нарисовал картину, но из-за ограниченности в средствах и недостатка мастерства картина получилась темная, краски блеклые. Следует ли такую картину показывать людям или искать возможность и пути, как нарисовать лучше?»

«То есть ты нарисовал картину и сам видишь, что она блеклая, и тебя не удовлетворяет? Конечно, тут нужно быть осторожным.

Хотя однозначно, вот так категорично к этому подойти будет тоже недостаточно верно, так как любой мастер в какой-то мере может быть постоянно неудовлетворен тем, что он делает.

Но ближние могут посмотреть и сказать: «Дорогой мой, куда же ты спрятал эту картину? У тебя замечательная картина, ты почему ее спрятал? Ты посмотри, какая она выразительная! Ты посмотри, какая она живописная!» То есть кто-то другой может дать значительно большую оценку, чем смог дать даже сам мастер своему произведению. Это тоже возможно.

Я слышал о случаях, когда в жизни художника были такие моменты, где, приходя, его друзья не смотрели то, что он пробовал показывать им. Они торопились заглянуть в то, что он отвернул от всех, и там выбирали то значительное, что они с удовольствием забирали на выставки и везде торопились показать. А художнику оно как будто бы не совсем нравилось».

«В данном случае явно не нравится».

«Тогда не надо торопиться показывать. Конечно, вообще желательно добиться того, что тебя удовлетворит прежде.

Я допускаю такое обстоятельство немаловажное, которое следует взять за ориентир. Хотя мы и говорим, что мастер всегда будет недоволен, но тем не менее, как только он сделает произведение, в нормальных условиях некоторое время он радоваться сможет. Пусть это будет день, два, три, но оно его удовлетворит.

В скором времени он поймет, что в одном месте надо было по-другому сделать или в другом надо было переделать как-то иначе. Но это чуть позже.

Но некоторый период времени все-таки художник будет рад, что удалось что-то сделать интересное, он удовлетворен. И если это все-таки произошло, то, можно считать, произведение удалось на этот период.

Но если большое неудовлетворение внутри есть, то, конечно, торопиться показывать картину не надо. Надо шлифовать, поднимать это мастерство, пока какое-то удовлетворение у тебя не начнет звучать.

Ведь ты же хочешь поделиться радостью, а тогда ты, значит, должен сам обрадоваться, чтобы понести это.

Тем более вопрос искусства — особенный вопрос. Я все время вам напоминал, что однажды придет время и мы будем полнее на эту тему говорить. Конечно, время от времени мы все равно говорим на эту тему, и от случая к случаю Я что-то, бывает, подскажу в этом отношении.

Но тема искусства — это особая тема. Она ведь призвана воспитывать вкусы человека, его взгляды, его умение видеть красивое. Поэтому относиться к искусству надо чрезвычайно серьезно.

Это не просто показать свою нижнюю рубашку и сказать: «А вот у меня она такая!» Ну и что? У вас у всех разные трусы и майки. Зачем их показывать? Они у каждого из вас свои, неповторимые и по цвету, и по размерам. Ну и что? Они ничего не воспитывают, они просто есть.

Так же и в искусстве. Если вы хотите показать, как вы можете переживать … Зачем? Кому нужны ваши переживания? Почему вы решили и такое у вас большое самомнение, что ваши переживания нужно созерцать другим?

Чтобы определиться в области искусства, это достаточно тонкая грань, где в какой-то мере надо быть даже уверенным, что вы действительно имеете возможность как-то помочь ближним подняться над тем, что они имеют.

Поэтому здесь большую ответственность несет художник, принимаясь за исполнение того или иного произведения. И конечно, желательно, чтобы запечатлевалось что-то очень хорошее, его радость жизни, его любовь к жизни, его умение любоваться жизнью.

А если время от времени он просто сбрасывает свою энергию, чтобы передохнуть, не умея правильно многое воспринимать, то тогда этот сброс грязной энергии начинает запечатлеваться в произведении.

Это никому не нужно. Это как ядерные отходы: их надо закапывать очень глубоко. Сделав работу, надо пойти и закопать ее, но никому не показывать.

Но, к сожалению, многие думают, что как раз надо показывать, не заботясь о том, какое на самом деле они таким образом производят воздействие на людей, на ближних.

А другие потом, пройдя по выставке, начинают чувствовать, что что-то неприятно, как-то в душе потяжелело, настроение немножко изменилось, тени какие-то надвинулись на солнце. А это все воздействие желающих показать свои чувства, и оно неблагоприятно.

Поэтому к искусству надо очень осторожно относиться. Одно дело, просто увлекаться самому, сам по себе пробуешь чувствовать, что ты что-то можешь сделать, что ты курицу можешь нарисовать не на трех ногах, а на двух. Ты понял теперь уже, рисуя (хотя некоторые могут и на трех нарисовать).

Конечно, в какой-то мере немаловажно для самого человека почувствовать уверенность в себе: хоть что-то он умеет делать, у него что-то может получиться. Он начинает уважать себя.

Ведь оттого, что вы слишком не уважаете себя, слишком не верите в себя, почти все не получается, как хотелось бы, чтобы это получилось в вашей жизни. И тут, конечно, пробелов много.

И вот это одно из психологических упражнений, когда, рисуя, вы начинаете видеть, что у вас что-то может получиться. Это неплохо. Но оно пока еще не произведение, оно просто важно для вас самих.

А постепенно, конечно же, работа перерастет в произведение. Но пусть лучше люди об этом скажут. Торопиться самому вынести и сказать: «Вот это произведение. Если вам оно не нравится, значит, вы ничего не понимаете», — это будет верхом самоуверенности и глупости.

Красоту нельзя учиться понимать. Восприятие красоты заложено в гены человека. Человек рожден в этой Природе, в этой Гармонии, и не может быть такого, чтобы он ее не понимал. Он в ее лоне родился. Это его кровь, это клетки его тела, его психика, это весь его чувственный мир.

Красоту надо показать. И если произведение действительно красиво, человек это сразу почувствует.

И если людям вокруг тебя действительно нравится, они сами начнут просить: «Да не прячь ты произведение. У тебя оно такое замечательное! Такой настрой возникает внутри! Так хочется это созерцать, так хочется после этого бежать куда-то работать. Принеси, пусть оно висит здесь, и мы будем смотреть, оно нас вдохновляет».

А в начале … В начале главное — учиться быть удовлетворенным от того, что ты делаешь. Вот это самое главное для начала. И тут надо быть всегда критичным к себе, не торопиться останавливаться».

В ответе на один из неточно выраженных вопросов Учитель сказал: «Сейчас вы все силы теряете оттого, что вы держитесь за свое. А ведь Я вам сказал: все, что вы имеете, это все можно выбросить. И пока вы за это держитесь и не спросили Меня, вы замучите сами себя, потому что ваше не совпадает с Моим.

И пока вы будете за это держаться, вы со Мной не пойдете. Вы всегда будете видеть противоречие, вы всегда будете наталкиваться на что-то, что рождаете сами, потому что Мое не сопоставляется с вашим. Оно другое совсем.

Поэтому у ученика может быть единственный разумный вопрос, когда он услышал, что Учитель сказал: «Надо добиться вот этого …» (Сейчас Я немножко обобщаю тему). Ученик определяется вопросом: как правильно это сделать в том или другом конкретном случае?

Если он этого не спросил, он не ученик. Он додумает свое, но это, как правило, не будет Моим. И он останется со своим додумыванием и будет считать, что он как будто бы исполняет призыв Учителя. Нет, он исполняет свое, к чему сам прежде предрасположен.

Ну, в этом ему придется попутаться и набить шишки. А ему ведь всего лишь надо задать вопрос: «Как правильно в том или ином конкретном случае исполнить то, к чему Ты призываешь?» Но назвать точно ситуацию.

И Я скажу: «В этом случае вот так надо сделать». И надо пойти после этого и сделать. Но вы спросить должны.

И поэтому сейчас вы находитесь в ситуации, где очень многое вам надо суметь взять. Вы без этого будете сейчас голодать духовно, вы будете испытывать сильное напряжение, хотя разрешение этой задачи будет находиться на уровне вытянутой руки.

И все будет зависеть от того, будете ли вы это брать сами, протянете ли руку. Но этот кладезь будет рядом по-прежнему. И суметь взять — это сейчас ваша специфическая задача.

Но пока Мне приходится наблюдать, как вы держитесь за свое. А теперь вас надо будет научить брать Истину.

Я хочу увидеть в вас учеников, но пока Я вижу большую массу людей, которые имеют самомнение, что они ученики и готовы идти по Пути Истины. Нет! Пока это иллюзия.

Верить Учителю и идти за Ним — это совсем другое, не то, что вы думаете. Надо разобраться с этой темой, попробовать на эту тему порассуждать и заглянуть в суть этой темы. Это касается каждого из вас без исключения.

А пока вы делаете очень много ошибок, за которыми Мне приходится наблюдать, но Я пока лишен возможности вам дать. Тем более что Я готов дать, Я открыт, как ларец, но вы не протягиваете руку.

Я рядышком, но вы почему-то трясете какими-то погремушками у себя в руках и думаете, что это Истина и вам не надо туда ничего вкладывать. Ну и ладно! Трясите, гремите».

«Не знаю, как простить самого себя за те прегрешения, которые я делал в миру до отъезда сюда. Я не знаю, как это сделать».

«Прощение прежде всего связано с пониманием того, что ты делал, с пониманием того, что ты делал в меру своего осознания, которое на тот момент ты имел, в меру ограниченных суждений, которые ты на тот момент имел … Если на самом деле ты делал это искренне, думая, что это благо, то это ошибка хорошая, для тебя она хорошая.

Если ты делал осознанно, зная, что ты делал нехорошо, но ты добивался корыстных целей и специально делал нехорошие усилия, это уже хуже. Но если ты понял, что больше так делать не надо, больше не делай.

Продолжать заглядывать в прошлое и ругать самого себя нет смысла. Ты пришел сегодня к выводу, что больше ты не хочешь делать так, как делал раньше, тебе это не нравится, ты видишь это глупостью и больше никогда не хочешь ее допускать. Вот ради этого ты и делал эти ошибки.

И ты достиг этой цели, важной в твоей жизни, от которой начинается настоящая твоя жизнь, главная, и где ты уже не будешь делать этих ошибок. Все хорошо …

Сейчас Я хотел бы услышать от членов клуба некоторые вопросы, которые они могли увидеть в процессе осмысления темы, заданной им в это время.

Тема задана очень важная, связанная с некоторыми характерными особенностями взаимоотношений мужчины и женщины. И Мне бы хотелось, чтобы эта тема как с позиции мужчины, так и со стороны женщины была осмыслена достаточно хорошо. От этого очень многое зависит.

Я знаю, что вы склонны сейчас к определенным естественным, присущим вам умозаключениям. Где, несмотря на то что эти умозаключения могут носить противоположный характер, как правило, эти выводы относиться будут к одной и той же основе. Так как и строптивость, и покорность не всегда дети разных начал. Они часто дети одного страха.

И уметь правильно себя вести, выстраивая взаимоотношения, определиться с правильным своим поведением, в зависимости от того, что делает ближний, — это ваша задача.

Строя правильные отношения друг с другом в маленькой семье, вы построите большую Семью.

Но если в ваших маленьких семьях, в ваших маленьких, крохотных комнатках вы не сможете правильно выстраивать среду, способную творить, изменяться в сторону совершенства, то говорить о чем-то большем будет бессмысленно. Неверный в малом — неверный в большом.

Вся трудность создания единства на Земле среди всех верующих заключена не в том, что вам не хватает знаний, как это сделать. Это единство не удается, потому что внутренний мир ваш еще пока не такой, каким ему следовало бы быть.

И так как чувственный мир сформирован неправильно, он вынуждает вас осмысливать происходящую рядом с вами реальность совершенно неправильно.

Если вы ее так осмысливаете, то, даже если вы узнаете какие-то истины, вам их очень сложно применить или, если вы пробуете их применить, делаете это тоже извращенно.

Нужно менять свой чувственный мир. Его нужно менять очень грамотно, часто прилагая волевые усилия.

Будьте внимательны, когда Я говорю вам о волевых усилиях. Это не предполагает сделать желанное. Это, как правило, всегда предполагает сделать то, чего вы не хотите сделать в естестве, на уровне тех чувств, которыми обладаете на данный момент.

Когда что-то начинает происходить, вы начинаете чувствовать в зависимости от происходящего потребность внутри себя сделать какой-то шаг. Он, как правило, будет неверен.

Он будет зависеть от психологических установок, на которых воспитаны вы, на которых воспитан ближний, и в зависимости от них он задает вам какие-то переживания.

Вы, слушая эти переживания, как правило, начинаете делать неправильные шаги, но те, которые вам как будто бы понятны, и где-то внутри вы согласны, что именно так надо делать. Но так делать нельзя.

Очень многое надо обязательно посмотреть с другой стороны. И не просто посмотреть, а постараться так сделать, даже если вам непонятно это.

А это естественно. Мне не удастся сразу в одном прикосновении раскрыть вам всю эту тему настолько, чтобы вам стало все понятно. Это не получится, эта тема очень серьезная.

И каждого из вас она будет касаться с какой-то своей стороны, хотя очень похожим образом. Потому что на данный момент вы все несколько по-разному видите происходящее с некоторыми разнообразными, не похожими порой друг на друга привязанностями, особенностями.

И сегодня нужно будет начать не с чего-то общего, одного для всех, а с тех особенностей, которые касаются каждого из вас лично. А значит, успех будет определяться инициативой каждого из вас. И вы должны будете постараться именно для себя уяснить свою собственную правильную роль в этой жизни.

Вы можете слышать подсказки для кого-то другого, особенно в каких-то больших беседах, встречах. Но очень важно, чтобы вы попробовали для себя преломить все происходящее, узнать лично для себя, учитывая свои собственные характерные особенности.

В этом случае не всегда один и тот же ответ может подойти ко всем из вас. Учитывая некоторые исключительные особенности, одну и ту же тему немножко преломить придется для каждого из вас отдельно, по-разному.

Я бы хотел, чтобы вы были очень внимательны в изучении, осмыслении этой серьезной темы. Но если вы ее не поймете, не разберетесь, не возьмете себя в руки правильно, то это, конечно, будет грустно, победить вы не сможете. Тогда останется ждать, что смогут сделать ваши дети.

Но именно вам надо многое сделать. Тогда закладывается надежда, что действительно все задуманное в эту эпоху обязательно свершится в гораздо более ярком, большом масштабе, чем ежели вы сейчас будете прежде проявлять леность свою.

Хотя вы что-то как будто и делаете, но успех зависит от того, насколько полно вы приложите сейчас свои силы.

А пока время переживаний у вас велико. И ваша задача — суметь правильно сориентироваться в этой среде переживаний. И либо вы станете предателями, либо вы по-настоящему пойдете вперед.

Золотую середину здесь вы не найдете. Либо вы под Солнцем, либо в тени от чего-то. Благо, если это тень от дерева, которое любит Солнце. Но это может быть тень и от чего-то мертвенного, которое Солнца не любит.

Будьте сейчас внимательны. Я еще раз повторюсь: вы либо будете, прямо говорю вам, предателями, либо пойдете правильно. Третьего у вас нет.

Поэтому будьте внимательны к тому, как вы что-то делаете. Тонкостей очень много. Этот путь особенный, тут очень многому надо будет научиться.

Но, естественно, приложить правильно волевые усилия можно, только когда предельно ясно вы видите происходящее.

А чтобы ясно увидеть, больше спрашивайте, как дети, больше формируйте вопросы; больше разбирайтесь в том, что именно сейчас, на данный момент вы не знаете, как правильно сделать, конкретно в чем-то очень простом.

И по возможности начинайте это переспрашивать у ближних. Как они видят? Больше ищите ответов, будьте искателями истины.

И если удастся действительно найти вам нужный вопрос внутри и задать его, вы услышите от Меня на него ответ. Останется дальше только сделать. И в этом случае проиграет только ленивый.

Итак, сейчас немножко мы послушаем вопросы. Я услышал, что у членов клуба они появились. Поэтому сейчас прежде прошу задавать только эти вопросы».

«Я поставил себе задачу заготовить дров на дом. Но так получилось, что ни жена, ни ребенок меня не видят практически в течение всего дня. У жены появляется усталость и срывы от обыденности и отсутствия моего внимания. Должен ли я изменить какие-то свои задачи, уменьшить их или отложить?»

«Это неконкретно. «Должен ли я изменить какие-то задачи?» Что значит «какие-то»? Какие-то задачи, может быть, и можно, а какие-то ни в коем случае, независимо от того, в каком состоянии жена находится. Это зависит от того, о чем именно мы начинаем говорить. Вот почему Я и говорю: конкретно. Тут могут быть два разных ответа даны быть, и даже противоположные».

«Я дрова имею в виду».

«А говоришь «какие-то». Что такое уменьшить заготовку дров? Это с какой проблемой связано?