Глава 17

рагменты индивидуальных встреч. «Учитель, муж мне сказал, что любое моё действие вызывает у него раздражение. Я бы хотела узнать, как мне в таких случаях себя вести, если я заранее знаю, что моё действие или слово его раздражают?»

«Не обращать на это внимания, стараться по Истине делать».

«То есть мне можно проявлять себя естественно?»

«Конечно. Главное, по Истине старайся делать и действуй. Просто переспрашивать, допустим, что-то уточнять, как Я учу делать, — тут уже будь осторожней.

Если это для него слабость, тогда слишком много с него спрашивать и не требуется. Пусть справится хотя бы с элементарными обстоятельствами в своей жизни. А вообще веди себя, конечно же, достойно, естественно, согласуясь каждым шагом с Истиной».

«Момент послушания перед ним я для себя определила, что не принимает он меня в чём-то — ну и хорошо. А если он, допустим, настаивает на каком-то действии, мне это действие обязательно выполнять? Например, как расположить грядки или копать определённым образом на огороде? Мне выполнять его действия беспрекословно?»

«Если ты понимаешь, что так, как он предлагает, явно в ущерб урожаю пойдёт, тут ещё можно попробовать что-то объяснить. Если этого явного не видно, можно сделать так, как он говорит. Это Истины не нарушает, то есть не противоречит законам Истины и Природы».

«А если ситуация с детьми? У дочки болел живот, а она попросила квашеных огурцов. Я высказала своё мнение, что нежелательно, конечно, их ей давать, но он всё равно это сделал. Может быть, не из-за этого, но у ребёнка было обострение болей в животе. Вот в таких случаях, если я чувствую, что это во вред будет ребёнку, можно настаивать?»

«Можно».

«Периодически у него начинают тускнеть глаза, и он начинает резким голосом говорить такие фразы, как будто бичом себя начинает избивать, что он не может найти опору в жизни, не может найти радость. И я спросила его, не является ли этому причиной мои встречи с любимым человеком. Он говорит, что я ни при чём, а ему нужно найти опору в Боге».

«Он — неуверенный человек, неуверенный в себе. Слабодушие всегда ищет опору».

«А как мне себя вести?»

«Так как неправильно он её ищет, то это, конечно, будет проявляться слабостями очень многими и сложными психологическими состояниями. Но это нестрашно. Он проходит путь, который знаком великому множеству людей, такой проход естественен.

К такому состоянию естественно приходят все и, через это проходя, начинают постепенно находить то нужное, что потом начинает накапливаться уже внутри как благоприятные вспомогательные ценности.

Человеку важны трудности. Они активизируют потом определённые жизненные процессы, активизируют осмысление, потому что расслабь эти условия — он будет гибнуть, казалось бы, в благоприятной для него атмосфере, о которой можно сказать: «Как хорошо! Всё есть то, что он хотел бы!» Но в этом случае он погибнет очень быстро.

И возникающие на его пути трудности — это как раз то, что действительно его спасает, притормаживает вероятное падение, которое могло бы быть, если б ему удовлетворить то, что он пока хочет.

То, что он хочет, — неверно и для него губительно. Поэтому путь его будет сложный, где ему многое надо будет осмыслить и где насильно его в этом случае не изменишь.

И твоя задача — учиться правильно себя вести, что ты и должна осмысливать. И переспрашивай, если будет возникать такой вопрос, чтобы тебе определиться, как тебе правильно поступить по Истине, возможно ли такое твоё действие или невозможно.

Всё оценить, что в нём будет происходить, тебе не удастся. Какую-то боль неизбежно ты принесёшь, естественно. И чем больше слабостей у ближнего, тем больше боли ты ему принесёшь своими действиями. Даже если все эти действия правильные, всё равно это боль принесёт.

В этом характерная особенность эгоизма. Он противоположен тому, что определено Истиной. Запросы эгоизма противоположны по значению, не чуть-чуть в сторону, а противоположны полностью. Поэтому, если этот эгоизм проявляется ненормально, реакция будет, естественно, в этом случае такая.

Так что угодить ему — это значит сделать противоположное Истине действие, и то угодить не получится, потому что там появятся дополнительные, новые оттенки, которые также будут не приняты. Так что идти в эту сторону нет смысла.

Надо учиться определиться с правильным шагом и не бояться делать его, даже если он приносит боль. Просто где-то осторожней, где-то мягче. Что-то дополнительно мы можем посмотреть, допустим, на время не делать что-то».

«В таких ситуациях, когда я вижу по внешним проявлениям, что у него состояние меняется, в это время мне нельзя встречаться с любимым человеком?»

«Если в семье один из членов семьи — или муж, или жена — очень сложно воспринимает такого рода законы, которые Я в последнее время дал о любви, и есть некоторая неспособность правильно их разрешить или не просто даже разрешить, а начать правильно осмысливать, начать правильно это принимать, — если проявляется эта неспособность, то вопрос этот закрывается для данной семьи. То есть его никак форсировать нельзя, никак активно проявлять нельзя ни в коем случае.

Уже будет достаточно того, что этот момент попробовал проявиться, он уже останется в сознании и будет сказываться определённым образом.

Потому что на эту тему всё равно будет потихонечку размышление происходить, но к более активному размышлению в данном случае у человека нет способностей, нет сил. Пусть оно тогда тянется медленным образом.

Но всё равно это нужное маленькое осмысление будет происходить и приносить нужное понимание. По чуть-чуть, по маленьким крохам, пускай хотя бы так, но всё-таки что-то положительное будет происходить.

Поэтому тут лучше не активизировать эти события никак. Значит, инициатива с твоей стороны уже не должна проявляться. Это может быть как что-то естественное. Допустим, происходит встреча с человеком, где не ты инициатором была, а где-то вы двигались по улице, встречались на собраниях; но идёт естественная встреча.

И здесь, конечно же, нельзя доводить до абсурда. Даже если это больно человеку, то в этом случае не ходить на собрания, а, увидев на улице, быстрей убегать в другую сторону — такие действия, конечно же, делать нельзя, они уже бессмысленны, они уже несерьёзны.

Если естественно происходит встреча и естественно складывается беседа, то она имеет право быть, даже если возникает боль у ближнего. А вот тебе самой прилагать инициативу к этому уже в данном случае не надо, и можно поговорить на эту тему только тогда, когда видишь инициативу со стороны мужчины, рядом находящегося».

Новая встреча: «С тех пор, как я приехал, я занимаюсь в основном строительством, рубкой срубов, а давно мечтаю стать мастером по музыкальным инструментам. Я здесь поддерживал контакт с подобными мастерами, материал давно заготавливаю, летом дострою мастерскую.

Насколько мне благоприятно сейчас сменить моё ремесло, уйти потихоньку от строительства? Я хотел гитары начать делать. Это будет приносить мне какой-то доход в виде продуктов, денег».

«Как увидишь благоприятным, так и можно делать. Но это не просто должно идти в твою семью, ты уж тогда старайся, чтобы твоё мастерство могло стать шире».

«Я просто понял как критерий, что мастерством можно жить, когда оно …»

«Когда оно уже твою семью кормит? Ты уже не в нагрузку с этой стороны становишься у всех ближних. А то, иначе, они тебе время дают, а ты кормишь только сам себя».

«А насколько вообще возможно? Я предполагал осенью съездить в Москву, там мастер по производству гитар живёт...»

«Если так учиться есть возможность, то надо учиться».

Новая встреча: «Я на последней встрече Тебе говорил, что какой-то барьер был между мной и Тобой. Получилось мне его как-то сейчас снять? Много было ситуаций, и мне кажется, что-то изменилось. У меня такое ощущение, что как-то мне сейчас проще с Тобой стало. То есть Ты как друг, что ли, мне стал. Или это ложное ощущение во мне?» — начал разговор с Учителем Игорь Художник.

«На этом не надо заострять внимания. Беспокойся не потерять и старайся идти, тогда всё будет хорошо.

Если успокоишься, это очень опасно, потому что соскользнуть очень просто, по крайней мере ещё в течение немалого количества лет».

«То есть Ты сейчас не можешь сказать, получается у меня хоть как-то приблизиться к Тебе?»

«Зачем? Чтобы похвалить?»

«Да, наверное... А моё стремление, чтобы Ты поставил меня на какое-то место сейчас, это правильно? Хочется сейчас спросить Тебя, можешь ли Ты меня поставить на какое-то место определённое, как бы испытать мою веру к Тебе. И самому очень хочется испытывать. Это тоже гордынька?»

«Когда специально ставишь — ты настраиваешься на это, ты отмечаешь это как специальную постановку. А срывы происходят, как правило, в естественных обстановках, когда ты не знаешь, что это специально для тебя дано.

Тебе надо научиться это специально видеть в каждом дне, в каждом шаге своей жизни, потому что на самом деле это специально и поставлено, чтобы это не разделялось между тем, что можно искусственно поставить, и тем, что естественно.

Каждый шаг — это экзамен, это очень серьёзный урок. Надо научиться его видеть каждым днём. Там всё уже есть, в этих днях».

«То есть можно сказать, что это уже и поставлено, то, что Ты сейчас дал всем нам?»

«Конечно, Я же смотрю за всем. Это очень важно понимать. Я всё вижу, что нужно».

«И один вопрос у меня личный. Если я сейчас опишу свои чувства к девушке, мог бы Ты сказать, что это за чувство?»

«Ты хочешь для чего это спросить?»

«Я хотел узнать, любовь это или нет».

«Это не так важно на самом деле. Если ты хочешь взять за человека ответственность — возьми и неси всю жизнь, и никогда не посмей сказать, что ты устал и уже не хочешь этого».

«Но ведь чтобы взять ответственность, надо же полюбить человека, или достаточно просто прекрасных порывов чувств?»

«Полюбить важно, потому что в любви ты найдёшь то, что для тебя наиболее благоприятно для постижения жизни, именно для постижения жизни. Там будут очень важные моменты, которые ты должен будешь преодолеть.

Но не забывай об одном ориентире, который однажды Я говорил: когда человек полюбит, тут сомнений не будет, что это такое.

Если сомневаешься, дружи дальше. Можешь не торопиться делать какой-то шаг, но полнее дружить, больше видеться, больше делать какие-то совместные усилия в работе, в жизни, как с хорошим другом, который пусть в качестве просто сестры, родной сестры, готов прожить с тобой всю жизнь.

Такое в жизни бывает, когда у родных братьев и сестёр что-то не сложилось со своими семьями отдельными и они всю жизнь так и живут, помогают друг другу до конца. Так вот нечто подобное всегда можно делать, в любых условиях.

А вот по мере того, как вы уже делаете, ещё лучше узнаёте друг друга, уже можно окончательно на каком-то этапе ощутить, что ты очень хочешь с этим человеком быть всю жизнь. Такой будет поэтичный образ — навсегда хочется быть рядом. Ну и ладно, будьте рядом».

«Мы дружили, общались, подсказывали друг другу, я иногда её рисовал, и ей очень нравилось быть со мной. Всё было легко, хотя она призналась, что у неё есть именно любовь ко мне, а у меня к ней просто чистые, возвышенные чувства. Ей 20 лет всего лишь, она уже 6 лет здесь живёт.

И всё нормально было, а потом у меня стало появляться природное влечение к ней очень сильное. И у нас появилась какая-то закрытость, мы в каком-то напряжении, и я не знаю, что делать».

«Игорёк, в любом случае соединение с женщиной принесёт тебе что-то. И, познавая это, ты будешь расцветать, становиться мудрее, освобождаться от каких-то ложных привязанностей. Просто любовь, как правило, находит наиболее благоприятное для такого постижения.

И даже если ты чуть-чуть ошибёшься, то проигрыша не будет особенного, значительного. Значит, какие-то оттенки ещё пока не так ярко будут тронуты, но тогда это будет вызывать что-то дополнительное, что тоже может коснуться и этих оттенков.

И значит, благодаря каким-то ещё дополнительным обстоятельствам ты ещё и доработаешь эту сторону, которую не смог бы доработать, пребывая с этим человеком.

Тут не заостряется особенное внимание на там, правильные чувства любви или ещё не совсем они правильно явлены в тебе».

«Просто это чувство очень необычное. Раньше, когда это было, то оно было такое явное, порывистое, а тут какое-то странное. Мы в принципе даже ни о чём не говорим с ней, просто рядом что-то делаем тихонечко — она, я.

У меня какие-то силы появляются. А когда она уезжает, у меня возникает чувство, что может уехать и не приехать. И у меня силы теряются. Я даже удивляюсь, почему так?»

«Сейчас будут другие чувственные качества проявляться в тебе, поэтому сравнивать с чем-то уже однажды бывшим будет неправильно, не повторится такое. Качество энергии другое.

И вообще природные чувства любви, знакомые с юности, только потому очень яркие, что сила Природы там проявляется намного сильнее силы духа. И такой яркий идёт всплеск, настолько яркий, что он затмевает всю жизнь. Это означает, что земное сильнее в этот момент проявляется в человеке, чем божественное.

И в юности это, естественно, особенно, потому что юные энергии очень сильны, а дух ещё пока недостаточно зрел, как правило, почти у всех. Поэтому ощущения очень яркие.

Потом идёт постижение жизни, у тебя меняется твой духовный мир, ты приобретаешь дополнительные ценности, которые всё ярче начинают открывать твой настоящий дух.

И силы Природы уже не будут столь ярко проявляться, но это не в ущерб любви. Ты просто становишься всё более способным контролировать себя, и для тебя не будет центром внимания только одна женщина.

Было бы печально, если б была центром внимания только одна женщина. Потому что тогда и Бога нельзя было бы обрести, и земного счастья точно так же нельзя было бы познать.

Я поэтому вначале тебе и сказал: не столь важно нахождение каких-то точных критериев безошибочного якобы определения этих чувств, потому что верующий способен нести ответственность за любую женщину.

Для многих и правильное нахождение чувств любви заканчивается тем, что в конечном итоге он начинает признавать, что якобы он не совсем полно любил, и уже это его тяготит, он начинает это высказывать женщине. Но это уже постыдные проявления мужчины в семьях верующих людей.

Такого рода слабость всегда связана с тем, что земное в этом мужчине стоит на гораздо более высокой ступени значимости по отношению к тому, что он воспринимает в связи с божественным.

И у всех мужчин, у кого земное пока будет преобладать, у них в разной степени яркости жизненные шаги будут зависеть от того, насколько природное всё-таки в них сильнее божественного. Сейчас это много можно будет наблюдать».

«Учитель, очень сильное потрясение у меня было, когда мы с Кошей встретились. Я ей, в общем-то, рассказал ситуацию, всё, что меня мучило в отношении Тебя, в отношении веры, своих каких-то проявлений.

И она мне обстановку такую создавала, что выявляла во мне качества эгоистические, я стал видеть это всё. И сейчас очень много стал видеть в себе, в других... Вот, сейчас, допустим, сижу, очень чётко наблюдаю, что у меня идёт: волнение, переживание, ещё какие-то проявления. И так буквально каждую минуту отслеживать начинаю себя.

Правильно ли это, что я стараюсь контролировать всё время себя? У меня ещё до Тебя учитель был, он тоже нас учил контролировать, как бы со стороны контролировать себя».

«Смотря что контролировать».

«Контролировать своё состояние и изменять его».

«Это общая формулировка».

«Допустим, когда возникает суета какая-то в движении, можно контролировать и говорить себе: «Так, это надо убрать». Такое допустимо?»

«Такое возможно. Слово «контролировать» — нормальное, и Я его употребляю. Надо контролировать свои действия, но тут уже очень важно рассмотреть детали, потому что именно в рассмотрении деталей можно будет найти разницу».

«Допустим, сижу, говорю с Тобой и сейчас ловлю себя на том, что я сижу очень важный такой, значимый, спрашиваю Тебя и не готов на какую-то шутку, на лёгкое отношение, а как бы серьёзно спрашиваю».

«Нет, сейчас значимым ты себя не ведёшь, это ложное понимание. Поэтому смотри, не запутайся сейчас. В этих формулировках легко запутаться. Рассматривай, конечно, какое-то действие, но очень трезво старайся его осмыслить.

Что именно является проблемой, действительно ли это проблема? А может быть, вовсе и не проблема? В том, что связано с восточными понятиями, и в том, что ты от Коши мог слышать, там есть очень большое отклонение, характерное Востоку, но такое отклонение нежизнеспособно.

Восточные учения предполагают обязательно существование на Земле слабых людей, которые будут кормить и одевать тех, кто отдал себя Богу. Это нежизнеспособное общество, поэтому там соответственно есть и ложное толкование многих моментов, связанных с жизнью человека.

Лучше рассматривать каждый шаг отдельно, потому что в этом случае как раз и будут выявляться детали очень важные, которые имеют характерное различие с тем, что уже существует на Земле, что уже где-то общепринято, а на самом деле это ложное понимание будет.

У человека будут привязанности, чтобы развивать свой чувственный мир. Это развитие обязательно предполагает наличие привязанностей, просто привязанности должны быть правильные, удержаны в допустимых Гармонией нормах.

Эту норму можно держать только правильным духовным становлением, именно правильным, которое Я покажу. Поэтому какие-то привязанности будут.

Пытаться избавиться от всех привязанностей — это значит уйти от чувств, почему и стараются сделать это усилие. Но это неверно».

«А стремление к контролю самого себя — это правильно?»

«Надо посмотреть, что за контроль, чтобы он у тебя не превратился во что-то неопрятное и излишнюю суету».

«Как бы всё время наблюдать, в одной ситуации как ты себя проявляешь, в другой, не слишком ли лицемеришь или лукавишь, тут какой-то важный, здесь какой-то суетливый, тут какой-то возбуждённый...»

«Можно, можно … Игорёк, можно посматривать за собой, но не будь надзирателем. Ты должен присматривать за собой, конечно же, но как тот, кто любит то, что в тебе.

Но любит не порочное, а любит заложенное Богом, уважает ту задачу, которую ты несёшь в себе, задачу, которую ты же и должен сам в себе разрешить. Разрешить, познавая её, потому что в тебе заложены качества, которые, с одной стороны, сохранились в памяти души от прошлой жизни, а с другой стороны, эти качества души соединены с плотью, в которой заключена информация предыдущих поколений.

И это идёт в необходимом сочетании, чтобы опыт одного и опыт другого, соединившись, дали тебе необходимое познание.

И теперь ты, эту задачу уважая, стараешься постичь, но не пытаешься лепить что-то, чего сам не знаешь, что ты хочешь из себя слепить: убрать одно, убрать другое. Нет вообще нужды такой.