Виссарион

Учение

Церковь

Поселения

Творчество

Новости

– Друзья, здравствуйте, добрый вечер. Радостно видеть всех вас, собравшихся таким большим числом.
Я сразу начну про поездку рассказывать. Я думаю, вам важно и интересно будет узнать, как у нас прошла эта поездка. Прошла она очень необычно. Наверное, время сейчас необычное. И в некоторых странах люди это почувствовали быстрее. Там, где в этот раз проходили наши выставки на Украине, очень видна экономическая нестабильность. И видимо, это было одной из основных причин огромной популярности выставки, потому что люди вновь находятся в поиске опоры, когда почва шатается под ногами. Люди стали более чувствительны, поэтому выставка пришлась как раз ко времени и состоялась даже не в трёх городах, а в четырёх – добавился город Хмельницкий. Были мы на Украине очень долго. Четыре города, по десять дней пребывание в каждом, переезды – полтора месяца, как минимум, пробыли на Украине.
Выставка началась у нас с Черкасс – есть такой город в центральной Украине, в двухстах с небольшим километрах от Киева. Добирались мы туда так: утром рано выехали из Петропавловки, оказались в самолёте, вечером сели в поезд на Киев, в Киеве за нами пришёл микроавтобус и всю творческую группу с картинами забрал в Черкассы. И, получается, к вечеру следующего дня мы уже были в Черкассах.
Выставка проходила в областном музее искусств. В организации выставки принимали участие и мэрия, и областной отдел культуры. Чем дольше выставка продолжалась, тем более активно городская администрация и отдел культуры выражали к ней своё положительное отношение. И такое содействие со стороны государственных структур в некоторых городах Украины уже, наверное, позволяет говорить о том, что выставка прошла необычно.
Необычность этой выставки (как почти всех выставок на Украине) проявилась также в большой её востребованности: во второй половине пребывания выставки в городе посещаемость была по шестьсот-семьсот человек в день. Не только директора музеев, но и мы сами не ожидали такой большой посещаемости. Люди быстро рассказывали о выставке своим друзьям. В каждом городе у нас было немало телевизионных эфиров, в том числе и прямых.
Украина сейчас находится в определённой свободе, в игре без правил. Открытость в информационном поле очень большая. Это, конечно, приводит к большим негативным высказываниям в отношении друг друга в политике, но, с другой стороны, благодаря этому у нас было много прямых эфиров. Люди устали от негативной информации, от споров по телевидению. Передачи о выставке, прямые эфиры с нашим участием проходили до десяти раз в одном городе. Таким образом, без особых усилий с нашей стороны, выставке была сделана огромная реклама. И плюс ко всему сами люди, видевшие нас в этих эфирах и приходившие посмотреть выставку, оповещали «из уст в уста» весь город, рассказывая друг другу о необычных ощущениях, необычной энергетике, о необычности тех, кто привёз выставку.
И, на самом деле, необычность наша становится всё более явной, если судить по целям и задачам, которые мы себе ставим, по нашему отношению к ситуациям, из-за которых у людей «в миру» происходят переживания очень сильные. Направление, на которое мы ориентируемся и по которому стараемся двигаться, – это вектор в противоположную сторону от того, что проявляется сейчас в мировых экономических событиях. И Прибалтика, Украина – страны, которые раньше были цельным пространством вместе с Россией, – первыми ощутили на себе эту особенность происходящего времени.
На Украине закрывается очень много предприятий, заводов, конструкторских бюро – всё это на каждом шагу. Перестают существовать телевизионные каналы, падает зарплата… И, конечно, эти события приводят людей к очень быстрому поиску. Как я вам говорил, посещаемость была такая большая, что в гардеробе, где люди раздевались, приходилось вешать по три-четыре пальто на один номер, чтобы все желающие могли пройти на выставку.
Очень много было общения, очень много. Если раньше мы, находясь в пространстве выставки, мягко, ненавязчиво старались рассказывать о себе, ориентируясь на готовность людей воспринимать информацию, то сейчас практически сразу же после первых мгновений общения об искусстве многие люди начинали спрашивать: «Откуда вы такие? Что стоит за вашим творчеством? Что за образ жизни? Расскажите, расскажите».
И обычно в каждом городе у нас проходила встреча, которая называлась «Встреча с творческой группой выставки». Встреча эта только начиналась разговором о творчестве, а всё остальное время речь шла о нашем образе жизни, о наших отношениях – люди хотели знать, благодаря чему мы существуем, почему так долго держимся вместе, как относимся к детям, как взаимодействуем. Очень много вопросов было. На одной из выставок, в Запорожье, устав отвечать на вопрос: «Как к вам доехать?», мы сделали бланки, на компьютере распечатанные, где была информация, как к нам добраться, и в день их раздавали по 50-60 штук. Это было очень необычно.
И тут я немного отвлекусь от темы и скажу, что очень многие люди с Украины (не из среды последователей, а из среды новых знакомств, которые там состоялись) летом приедут сюда смотреть. Очень много интересных людей, очень много людей, судьбы которых (видно прямо) решались с приездом выставки. Надо быть готовыми к тому, что на протяжении всего лета они будут ехать, чтобы познакомиться с нашей жизнью.
У нас пока здесь нет гостиниц для приёма людей, и далеко не все из среды наших единомышленников смогут жить в гостинице по финансовым причинам, тем более что Украина сейчас не является страной, где много денег у жителей. И хорошо бы, чтобы не только старосты, а все жители деревень, семьи были готовы, если есть возможность, принимать гостей на неделю, на две. Это не касается праздников. Это может с конца мая начаться. Люди будут приезжать, смотреть, им очень интересно. Смотреть и принимать решение: для них ли это или нет. Но ситуация такова сейчас, что очень многие, видимо, будут решать, что это для них – то, что здесь происходит. И можно ограничиться только призывом, чтобы мы были, как и в середине девяностых, гостеприимными очень. Или стали такими, или вспомнили, что у нас это качество есть, никуда оно не пропало. Вновь надо стать открытыми для тех братьев и сестёр, которые захотят у нас здесь оказаться.
Период, который происходит сейчас на Украине, напоминает время девяностых годов в России. Вы помните это время – время поисков, кризиса экономического и идеологического. Очень похоже на девяностые годы, поэтому такая неожиданная востребованность. Большой интерес к выставке был выражен ещё полгода назад, когда мы были на Украине, но то, что проявилось в эту поездку, в некоторой степени удивило нас самих. Нам всегда хотелось, чтобы телевизионных эфиров, например, с нашим участием было больше, хотелось привлечь людей, дать больше информации. Но в этот раз было такое впечатление, что надо просто участвовать в событиях: успевать отзываться на возникающие предложения, вовремя пойти, не пропустить общение…
И разговор о том, что мы здесь строим ковчег, воспринимался людьми совсем по-другому. В этой поездке хоть бы один спор возник про «молнию с востока на запад» или ещё про что-нибудь. Естественно, каждая встреча у нас заканчивалась объяснением, а кто же такой Учитель, и раньше, когда приходилось откровенно говорить на эту тему, всегда ожидалась реакция протеста, возникала мысль: «Ну, сейчас начнётся!» Знаете, за эту поездку ни разу не «началось». Люди очень осознанно воспринимают любую информацию о том, что здесь строится. И оглядываясь по сторонам, приходят к выводу, что действительно аналогов тому, что у нас здесь происходит, нет, сравнить не с чем. Получается, что мы, собравшиеся в этом месте, – единственные, кто пробует реализовать идею ковчега для всех призванных и мудрых в это нестабильное время.
А нестабильность времени очень быстро делает мудрыми тех людей, которые призваны стать мудрыми за этот короткий промежуток времени. Естественно, мы охватили не всех людей, но тех, кто в эти дни должен был придти, приобрести мудрость и услышать то, что услышали.
Поэтому сейчас к нам в гости приедут самые разные люди: известные архитекторы, работники телевидения. Приедут посмотреть, убедиться в чём-то и принять решение. Приедут дописывать книги о взаимоотношениях мужчины и женщины, о роли женщины в обществе. Потому что, сталкиваясь с информацией о том, какие задачи мы пытаемся здесь решать в природных семьях, как пытаемся быть открытыми, дружить, в этот раз никто не спорит, у всех захватывает дух. Такая информация даёт надежду – надежду, что всё-таки где-то нечто доброе пробуют выстроить в плане человеческих отношений на практике, в реальной жизни.
В Черкассах у нас был часовой прямой эфир на областном государственном телевидении – это, наверное, был рекорд. Можете себе представить, мы час говорили, отвечали на вопросы, успели рассказать практически всё. И хотя в передаче такого момента не складывалось, мы всё равно умудрились об Учении и об Учителе несколько слов корректно вставить, понимая, что прямой эфир идёт и надо этим воспользоваться, сказать.
Некоторые передачи у нас будут на видео, кто захочет посмотреть, сможет их найти у нас. У нас Колюша Онищенко отвечает за информацию по выставкам. Он собирает книги отзывов – это интереснейшие книги, и всю информацию: печатную, газеты, видео телевизионных каналов – всё это собирается.
В этот раз было необычно большое количество грамот и дипломов с благодарностью областных отделов культуры и музеев, в которых проходили выставки, за то, что было организовано такое мероприятие культуры, привлекшее значительное количество людей, в том числе молодёжи и детей. И, действительно, очень много было детей самых разных возрастов, классами приходили на выставку.
Из Хмельницкого мы выехали в Запорожье. Города Украины сильно отличаются друг от друга, на мой взгляд. Вообще, Украина очень разная. Центральная Украина – это одно, южная Украина – другое, восточная Украина, западная Украина – все очень разные по настроению, по отношению к происходящему внутри самой Украины, по отношению к России. Города в центральной Украине и дальше на запад – это города многоконфессиональные. Там православие равнозначно зарегистрировано в четырёх разных конфессиях: русская православная церковь, украинская православная церковь, автокефальная православная, катакомбная православная. Есть ещё греко-католическая церковь, распространённая на западе Украины, на Галичине.
И там, где многоконфессиональность, там выставки проводить очень легко. Когда мы смещаемся к востоку Украины (это Запорожье, Донецк, Днепропетровск, Луганск; в этот раз мы были в Запорожье и в Днепропетровске), там уже проявляется более настороженное отношение со стороны чиновников, соблюдающих интересы доминирующей в религиозной сфере русской православной церкви. Из-за такого повышенного внимания к нам, привычного, в общем-то, в России, мы входим в пространство выставок всегда очень мягко.
В Запорожье выставка проходила в центральном выставочном зале Союза художников. Это основной выставочный зал в центре города – один из самых больших залов, где когда-либо наша авторская передвижная выставка размещалась. Аренда зала была оплачена директором культурного центра «Хортица». Договор был заключён заранее, и только перед самым открытием хозяева зала окончательно поняли, с кем они имеют дело. И, видимо, их предупреждали, это можно с улыбкой отметить, что всякое может случиться, так как секта очень опасная, потому что бедные полковники МВД (их там два человека) бдительно на открытии дежурили, ожидая событий. Но когда всё пошло мягко – сказалась благодатная среда выставки – они потом на стульчике подрёмывали. И после того, как открытие произошло, произошёл и спад напряжения по поводу предполагаемых каких-то провокаций с нашей стороны. И выставка потом набирала колоссальную скорость по количеству телевизионных эфиров и по количеству людей, посетивших выставку. И Запорожье был, наверное, одним из самых посещаемых выставочных городов в этой поездке.
У нас там была пресс-конференция – встреча творческая, где люди могли поговорить о нашем образе жизни. Пресс-конференция продолжалась часа два, хотя по формату было сорок минут. На пресс-конференции присутствовали представители философских обществ, «анастасиевцы», казачество, «Ридна вера», ведические образования, которые интересуются славянскими ведами и строят свои взаимоотношения на этой информации. Люди два часа задавали вопросы, и мы рассказали, что провозгласили Полюс Мира на своей территории, и в прошлом году у нас начались круглые столы с представителями различных конфессий, где мы ищем пути взаимодействия в основных моментах, важных для всех. Это семья, дети, воспитание, взаимодействие в едином жизненном пространстве, принятие совместных решений. И после пресс-конференции произошло необычное событие: «анастасиевцы», казачество, организация «Ридна вера», славянско-ведическая группа (назовём их так) попросили остаться и выразили готовность входить в пространство взаимодействия с нами. Для них очень важна любая информация, которая по результатам проводимых здесь мероприятий будет от нас исходить. Они ждут подробные доклады с круглых столов для обсуждения, чтобы взять для себя полезное из этого. Особенно всех волнуют отношения «мужчина-женщина» и дети. Они выразили желание на территории Запорожья своими совместными усилиями сформировать экопоселение с последующим обменом опытом с нами. Мы никого ни от чего не отговаривали. Определённые шаги были сделаны, они для нас были приятны и неожиданны, и если у нас будут какие-то конференции проводиться, мы эту информацию будем переправлять туда, чтобы вместе с последователями нашими, живущими на Украине, они могли принять участие в обсуждении итоговых материалов наших круглых столов.
Мы же раньше всем говорили: «Зачем ругаться, зачем спорить о том, как креститься – слева направо, справа налево, двумя пальцами или тремя? Что такое «троица»? – зачем об этом спорить? Давайте жить и учиться быть неагрессивными в одной цельной среде, воспитывать детей, строить правильные отношения внутри природных семей, предполагая, что если там мы выстроим правильно, мы выстроим, в конечном итоге, и хорошую дружную Единую Семью». Это мы всем говорили. И вот в этот раз то ли они Силу, которая идёт вместе с нами, почувствовали, то ли стали более восприимчивыми, но предложения стали поступать с той стороны. У меня такое ощущение, что люди стали оглядываться по сторонам, смотрят: а, с практической точки зрения, кроме как в нашу сторону глянуть больше некуда. И поэтому ещё раз повторю слова, которые уже звучали на прошлых встречах, что вот такие, какие мы есть, мы всё же являемся примером и надеждой. В одном городе к нам по-доброму обратились: «Ребята, да вы просто инопланетяне! Тот крен жизненный, который у нас сейчас начался, и то, что вы собой представляете, – это просто несопоставимые вещи. Ваши работы, ваши песни, ваши глаза, то, о чём вы говорите – это просто другая планета. Если это где-то есть на Земле – а раз вы перед нами стоите, значит, это есть – то просто беречь это надо, цепляться за это, развивать. И мы вас всячески поддержим, чтобы только это было». Люди говорили: «Вы – надежда, надежда происходящего. Мы хотим быть вместе с вами».
И могу ещё сказать, что из каждого выставочного города я выезжал в разные места на дополнительные встречи. Мы нашли очень удобный формат взаимодействия, называется «Концерт-встреча». В этот раз любой концерт заканчивался общением, достаточно глубоким порой. Никто не уходил, общение начиналось ещё между песнями. Я из Черкасс выезжал в Киев по приглашению друзей-единомышленников. В Донецк выезжал из Запорожья, там были два дня встречи, в том числе с религиоведами, и был концерт-встреча, так назовём, с ищущими эзотерическими группами. Из Днепропетровска был выезд в Одессу на такое же мероприятие. Там была большая пресс-конференция. И пресс-конференция была обозначена в Одессе в Союзе журналистов не так, знаете, как мы скромно пишем: «В прошлом вокалист рок-группы «Интеграл», ныне певец и композитор, автор своих песен» – нет, там уже было написано (было упомянуто и про «Интеграл») следующим образом: «Ныне – пресс-секретарь крупнейшего в мире духовно-экологического образования «Обитель Рассвета». На этой пресс-конференции присутствовали представители средств информации, четырёх каналов городских. И без всякого ёрниченья потом это было показано по телевидению. Одесса – это тоже такой необычный город, как и все крупные украинские города. А из Хмельницкого я выезжал во Львов – по приглашению последователей и при активном содействии Русского центра, объединяющего русских людей, живущих на Львовщине. Тоже была интересная встреча.
Днепропетровск. Город очень большой, разноликий, с интересной архитектурой, с высоким уровнем, наверное, образования по Украине, пресыщенный всякими мероприятиями концертно-выставочными, событиями шоу-бизнеса, театральными программами. Когда мы туда приехали, чего там только не было: и «Камеди-клаб», и «Наша Раша», и звёзды многие российской эстрады. Но и там всё-таки со второй половины пребывания выставки началось то же, что было везде, – огромная посещаемость, заинтересованное общение.
Днепропетровск был удобен тем, что выставка проходила в Доме архитектора, в котором есть театральный зал (там театр одного актёра) мест на двести. И очень было удобно, что всё происходило в одном пространстве: удобно было проводить встречи и концерты-встречи. Была колоссальная насыщенность общения, очень была посещаемость активная, много архитекторов у нас побывало (и мы побывали в мастерских у многих), и была общая встреча с нами – с творческой группой. На ней присутствовали представители самых разных групп эзотерических, и политические деятели, и встреча закончилась, можно сказать, тем, что кришнаиты собрались ехать к нам. Один вайшнаб уже в дороге.
Когда мы там в пространстве выставки находились, кришнаиты взяли над нами опеку – опеку в плане питания. Они пекли хлеб, приносили нам и выражали таким образом благодарность Кришне, благодарность за то, что есть мы – те, кому они могли служить, кому они могли отдавать свои дары. У них это прекрасная традиция – благодарить тех, кто принимает от них что-то.
И вот после наших встреч, после посещения выставки некоторые из них говорят: «Явно, что происходящее в Сибири – это Божье дело. Община, становящаяся там, – это спасение, поэтому надо ехать туда и служить Кришне». Вполне серьёзно я вам говорю, потому что ребята спросили меня: «Мы же можем петь свои мантры, оставаться в среде своего понимания?» Я им ответил: «Да, конечно, можете. У нас пока большого опыта нет по выстраиванию межконфессиальных взаимоотношений, но, как приедете, будем разбираться». Они, конечно, ещё не до конца узнали, что такое морально-этический совет, не до конца, но, между тем, те ощущения, которые они испытали на выставке от картин, от общения, толкают их к нам.
Поэтому, видите, мы объявили территорию Полюса Мира, а теперь, наверное, начнётся череда откликов. Не думаю, что очень много приедет, но вот один человек, вайшнаб, уже письмами выражает такую готовность. Он говорит: «Хорошо». Это взрослый человек, бывший полковник, политработник… преданный Кришне. Он хорошо готовит кушать, говорит: «Могу готовить на большое количество людей», он умеет медицинскую диагностику компьютерную проводить, умеет читать лекции и много говорить, но готов на любую работу, лишь бы оказаться здесь с нами. И сейчас петропавловцы услышали, может быть, подумают. Но мне кажется, что тех, кто так рвётся к нам (пусть и не в больших пока количествах) из других каких-то эзотерических, духовных и религиозных образований, надо постараться принять, потому что в плане построения общины, единой Семьи они очень тяготеют жить по нашим правилам. И если они согласны на те правила, которые мы здесь пытаемся выстраивать, то какой там у них будет свой алтарик, каким образом они будут восхвалять священные имена Бога, я думаю, это не столь существенно. По крайней мере, надо попробовать. Вот такие вещи вам интересные рассказываю.
Уж я не говорю про политиков-женщин. Пришла на выставку в Днепропетровске женщина одна, организатор политической партии женской. Пришла, разговорились, ей понравились картины. И не зная, кто мы, она сообщает: «Я в политике хорошо разбираюсь, в тоталитарных сектах. Я тоталитарные секты за километр чувствую». Ну, и разговорились: об одном поговорили, о другом, об отношениях мужчины и женщины. Она говорит: «У меня сейчас готовится семинар международный в Крыму. Ты не мог бы приехать, чтобы выступить там? Интересные вещи говоришь, важные: мужчина, женщина, дети. Приехать, рассказать». А потом она потихоньку стала ходить по выставке и пришла на общую встречу, а на общей встрече всё подытожилось тем, что у нас спросили: «А Учитель, что же, – Христос у вас?» Мы говорим: «Но, если Он понимает, что Он не слон, то как Ему быть, как вы думаете?» И все так закивали головами: «Да, если Он понимает, что Он не слон, а Тот кто Он есть, то как же Ему ещё себя называть?» И она ко мне в конце встречи подходит, я спрашиваю: «Ну, что, попалась?» А она говорит: «Вот это вы меня провели! Вот это да!» (Хохот). Я говорю: «Ну, что, передумала на семинар приглашать?» Она говорит: «Нет, ты приезжай, расскажи». Я спрашиваю: «А если не смогу?» Говорит: «Если не сможешь, я привожу к вам летом международную конференцию женщин» (Хохот). Потом такая пауза и: «Правда, ведь половина из них у вас останется» (Опять хохот). «Но я – смелый человек», – говорит: «Я должна приехать к вам и всё увидеть своими глазами». Вот такие были интересные встречи.
То есть человек тянется, ему интересно, ответы на вопросы расставляют многое по местам в его голове. А потом он заходит в Интернет, заходит на сайт, и вдруг: «О-па! Ничего себе, это, оказывается, кто такие!» Но само человеческое общение, поле общения, выставка – конечно, это производит сильное впечатление, человек начинает метаться между чувственным ощущением и информацией, которая поступила в сознание. Женщинам проще, женщины чаще всего выбирают всё-таки своё ощущение, внутри прозвучавшее. Мужчинам было сложнее, хотя, вы знаете, в этот раз просто можно порадоваться за мужчин таких, очень хороших архитекторов, которые находятся внутри православия (у них там свои духовники), не променявших свои ощущения на информацию. Летом они к нам едут с семьями смотреть и дружить. Это в Днепропетровске тоже было.
Я стараюсь вам рассказывать больше самого положительного. И я могу даже, знаете, что сейчас сделать – зачитать вам отзывы о выставке, наверное, это прибавит ощущений. Вот у нас есть книга такая – здесь отражены переживания людей, их состояния. Я не всё буду читать, но, знаете, детских отзывов очень много, дети всё время пишут… Вот короткий отзыв, поэтический: «Здесь жизни подлинной волшебной и кисти тонкой торжество» – Эдвард Томашевский. «Мы восхищены, после выставки вдохновились на создание своих работ. Спасибо. Студенты архитектурного факультета». «Дорогие авторы, чудо! Примите искреннюю благодарность за восторг моей души от прикосновения с великими картинами. Я долго не могла оторваться от картины Сергея Торопа «Последний Завет». Это немеркнущая Божья искра, над которой не властно время. Это несовершенство человеческого зрения, дабы постичь мудрость Создателя, и надежда на продолжение пути. Дорогу осилит идущий. Света вам и радости». «Здравствуйте, уважаемые авторы чудесных великолепных произведений. Наша семья, имеется в виду природная, получила огромное удовольствие от сегодняшнего первого посещения выставки. Благодарим вас за чудесный час, проведённый с вашим творчеством. Хочется свою благодарность передать словами поэта Мельникова: «Бывает год беднее часа, а час – удачней многих лет». Дальше: «Такая потрясающая искренность, целомудрие и чистота, и сложная философия бытия. Потрясающе, что в ныне презираемом реализме столько силы, глубины, таланта. Очень красиво. Светло необыкновенно! Вы – особенные своим взглядом на мир. Спасибо. А вдруг тоже взгляну иначе? Успехов, будьте всегда, приезжайте. Солистка оперы Днепропетровского театра оперы и балета». Отзыв: «Как к вам попасть?» (Смех), и телефон написан. Один из характерных отзывов, про энергетику, их очень много: «Спасибо, потрясающе! Настолько сильная энергетика, положительная и добрая, что не хочется уходить из залов». Это такие самые характерные отзывы, и люди некоторые, у кого было время свободное, приходили по много раз и говорили: «Мы приходим как в храм, чтобы наполниться светом, отдохнуть от происходящего». Отзыв: «Это люди с Богом в душе. Хочется смотреть и смотреть. Впечатлений море, эмоции только положительные. Художники делятся с нами тем, что они имеют, а нам – не хватает». «Выставка изумительная, настоящие художники – картины живые. Настоящая живопись. Спасибо большое всем исполнителям этих картин. Дай Бог вам всем отличного здоровья, счастья в жизни. Вашим деткам, вам – всего самого хорошего, чтобы всегда было только хорошо». Вот интересный отзыв: «Многие знают, что делать. Немногих заботит – как делать. И лишь единицы берутся делать. Благодарность, благодарность, благодарность». «Огромное признание вам, светлые души. Ваше творчество родило во мне свет, расширило сознание. Наполнило энергией жизни, очистило. Все картины несут на себе отпечаток и дух неба, Бога и земли, ангелов, людей-творцов прекрасного. Низкий вам поклон и признательность. Педагог, целитель». «Потрясающе! Солнечная энергия исходит от картин и от людей. Создатель водил вашими руками». О! «Спасибо Редькину за светлые песни. Приезжайте ещё. То, что вы делаете, очень важно – раскрыть людям души к любви, добру».
Вот всё в таком духе. Интересные отзывы профессионалов, архитекторов: «Фантастическая техника пастели! Невозможно понять, что так можно творить. Студенты-архитекторы». Вот интересно, смотрите: «Теперь у меня точно будет ребёнок и семья. Спасибо вам за творчество, любовь, за то, что так живёте жизнь, за вашу гармонию, силу, отдавание людям. Энергетика просто безумная, столько света и Бога в ваших работах – это невероятно, но факт. Счастья вам и достатка во всём». Я просто останавливаюсь на некоторых. Но она вся такая тетрадь, здесь нет негативных откликов. Здесь даже такая вещь: «Получила истинное наслаждение от работ великих мастеров. Иначе не могу назвать художников-современников. Побольше таких работ, выставок, и мир станет добрее». Вот это часто люди говорили: «Спасибо большое за то, что вы есть. Ваши работы укрепляют дух, тело, дают надежду, что дальше всё же есть будущее – светлое и оптимистичное. Мира, добра, любви всем вам». «Вы дали нам вдохновение, что ещё не всё потеряно». Другой отзыв: «Как хорошо, что есть русские люди, имеющие талант и благородство передать свои взгляды на жизнь в таких картинах. Очень, очень довольны выставкой. Благодарим всех устроителей. Дай вам Бог и дальше творить прекрасное на земле, чтобы оставить нашим потомкам. Счастья, благополучия, здоровья». Ну, наверное, достаточно. Это нам для настроения такая информация.
Конечно, приятно всем нам было участвовать в таких событиях. Вне всякого сомнения, что в нужный час мы оказались в нужном месте и были представителями той великой общности, которую мы все здесь представляем и которую мы пытаемся здесь построить.
Что ещё интересного в выставке? Ещё был город Хмельницкий, который был необычен тем, что выставка проходила, представьте, в выставочном зале государственного телевидения. Государственный областной радиотелевещательный центр «Подилля». Там выставочное помещение – вестибюль прекрасный, концертный зал, где стоят камеры, снимающие все мероприятия, реклама непосредственно самого телевидения. Прямые эфиры тоже были.
Хмельницкий город непростой в том плане, что половина города работает на одном из крупнейших на Украине и в Европе оптовых рынков. Там огромный рынок. В Хмельницком численность населения где-то около четырёхсот тысяч человек, и предполагают, что половина работает на этом оптовом рынке. То есть город как рынок огромный. Областной центр и, естественно, у него своя специфика.
Но и там к концу выставки народ к нам хлынул. В одном из прямых эфиров я всё-таки успел рассказать историю, что в Киеве на выставке к нам пришли экстрасенсы, померяли рамками энергетику, а рамки крутятся. И они потом стали ходить со стульчиками, принимать целительную программу от картин. И рассказали об этом своим друзьям. Посещаемость увеличилась, и таким образом люди поправляли свою полевую энергетику на этой выставке. Я это сказал в прямом эфире. На следующий день народа прибавилось (смех), и, наверняка, среди них оказались и те, кто теперь (я уже знаю, из Хмельницкого приходят письма) просят: «Скажите к кому нам присоединиться в Хмельницком, чтобы летом оказаться у вас, чтобы приехать к вам, побыть на ваших землях. Скажите телефоны ваших друзей, которые нас могли бы взять в эту поездку».
Там были большие встречи с «анастасиевцами» и с эзотерической группой, которая синтезирует знания отовсюду. Они выросли из среды Норбекова, потом заинтересовались ведическими знаниями. И вот тут они «попались» на нас. Теперь вместо поездки на Байкал, они собираются летом ехать к нам. Из «анастасиевцев» двое ребят тоже летом собираются ехать к нам осваивать ремёсла. «Анастасиевцам» не всегда ещё удаётся практически реализовать свою идею до конца: далеко не во всех городах Украины есть поселения. Вообще, поселений единицы, все только лишь пытаются получить землю.
А мы там наговорили, как всегда, что у нас есть мастера, что есть такая деревня Петропавловка, есть ещё и Тюхтята, там много мастеров. Но мы говорили правду, и говорили, что это очень нужно, говорили, что Учитель определил для мужчины быть мастером, и что в грядущих событиях необходимость быть мастером налицо, потому что необходимое друг другу для жизни в материальном плане мы должны сделать своими руками. Эта цель сейчас стоит. Такое объяснение сейчас легко воспринимается на Украине, почему важно сделать друг другу своими руками. Кризис колоссальный, валюта туда-сюда скачет. Скачет туда-сюда в сторону падения. И были случаи, когда люди в конце телевизионных передач нам говорили: «Как же хорошо, что я из деревни, не забыл, как там жить. А то, может быть, немножко осталось на телевидении работать, а я – в деревню, и хоть с поросятами там выживу». (Смех). Тоже правдивые истории. Поэтому ребята «анастасиевцы» хотят приехать научиться бондарному делу у нас, кто-то хочет кузнечному. Мне показалось, ребята такие, что они поучатся, поучатся, а потом могут даже и остаться.
Здесь у нас на встрече присутствуют львовяне. Во Львов мне тоже удалось доехать. Недолго там был – полтора дня, и поспешил назад в Хмельницкий. Но мероприятия получились насыщенные. Мы встретились с последователями, и был концерт-встреча у нас в Русском центре. И там было необычно то, что пришло очень много людей, зал был заполнен весь. Был вице-консул российский там (российское консульство есть во Львове). И так интересно: я думаю, что за человек сидит, с середины концерта стал подпевать, улыбаться, необычно выглядит, слишком официально одет. А потом в конце концерта он подошёл, поблагодарил, говорит, что необыкновенные ощущения от всего прочувствованного, услышанного. И про энергетику тоже сказал, и про глаза. Сказал, что «если будут какие-то сложности на Украине, вот вам телефон, звоните из любой точки». Это оказался вице-консул российский. Так запомнился Львов.
Перед отъездом я немножко прошёлся по улицам, по старому городу, потому что львовяне очень хотели, чтобы я прошёлся. Интерес к внешнему в этой поездке как-то совсем притупился, но я отметил эти итальянские дворики, такую многоплановость архитектурную Львова, то «кусочек Вены», то «кусочек Парижа». За эти годы мы многое видели, и Львов (он сейчас, к сожалению, в раздёрганной Украине не совсем ухоженный) – город, конечно, очень интересный. Совсем древние стены есть и более современные – средневековые. Прошёл мимо средневековой аптеки, ну и, конечно, видел львовский театр.
С театром была интересная ситуация. На концерте оказалась женщина, переводчица, экскурсовод театра оперы и балета, – сидела, тоже подпевала, была в отличном настроении. И прямо с концерта пошла в театр принимать группу из Германии, сопровождать по театру. А потом, на следующий день, она мне рассказывает: «Я пришла в таком радостном настроении: улыбка, радость, энергия во мне плещет. И это состояние стало передаваться иностранцам. Там идёт какой-то грустный спектакль, а иностранцы начали двигаться, улыбаться, пританцовывать. И я поняла, что я настолько была переполнена состоянием хорошей радости, что выплеснула всё на этих немцев. Они говорят: «С нами странные ощущения происходят. Вроде в оперный театр пришли, но у нас такое настроение хорошее, хочется радоваться, обниматься», – вот такой интересный момент она рассказала. Эта женщина не из среды последователей. Она очень хотела, чтобы я в театр сходил, на экскурсию хотя бы, попал на спектакль. В театре я не оказался, но со стороны его видел.
Об этой поездке будет вспоминаться ещё много интересного. Например, был такой случай, когда коммерческому директору одного сетевого направления («бриллиантовый» директор или что-то в этом роде) накануне принятия решения об отъезде на постоянное жительство в Новую Зеландию дают наш телефон и говорят: «Позвони этим людям». И в тот момент, когда он хочет покинуть страну, которая ему уже не интересна, переселиться со своим бизнесом в Новую Зеландию, у него происходит неожиданное общение, в результате которого он говорит: «Ничего себе! Таких случайностей не бывает. Так что ж мне теперь? Куда ж мне теперь собираться?»
Таких встреч было много, в которых надо было принять участие вовремя и не отказаться от какой-то встречи, пойти куда-то, где по ощущениям казалось: «Надо пойти», а разум говорил: «Да нет, что там? Всё как всегда». Надо было просто во всём этом принять участие.
Могу рассказать вам свои впечатления, основанные чисто на ощущениях, может быть, не такие весёлые. Как-то раз в Запорожье нам надо было ехать с утра на телевидение. И рано утром, когда люди идут на работу, в этом огромном промышленном городе мы заходим в общественный транспорт: улыбка на лице, едем на прямой эфир, только проснулись – утро раннее. И, попадая в пространство транспорта, я, например, вижу такую картину, что люди как будто сидят, и как будто нет их. Знаете, головы у них опущены, они в какие-то думы погружены и в данное мгновение времени «здесь и сейчас» как будто отсутствуют. Их нет, они находятся в каких-то тяжелейших проблемах, а мы, такие, заходим с улыбками, и, действительно, как инопланетяне выглядим. И улыбки в такой ситуации было неудобно на себе нести, и даже мысль мелькнула: «Как бы чего-то не случилось», но, с другой стороны, было ощущение, что людям совершенно неважно, зашли мы или не зашли, улыбаемся или не улыбаемся. Потому что их в данный момент здесь не было, они были в каких-то переживаниях, где теряли энергию, силы, а кому-то эта энергия была очень нужна. И сидели такие хмурые тела, и мы тут, действительно, как инопланетяне появились. Вот почему-то этот момент запечатлелся. Он может быть таким показательным и для нас самих в какой-то степени: чем мы живём в каждое мгновение, о чём думаем, к чему направлены наши мысли. Но это было такое сильное впечатление, хоть и маленькое. Мы давно не ездили в общественном транспорте. Мы привыкли к нашим проблемам, к нашим лицам, друг к другу здесь. И вдруг: «Ба-бах!», и тут я понял: «Мы инопланетяне» или можно так сказать: «Мы всё больше становимся ими». Вот такие вещи про выставку.
– Вадик, какого числа выставки были?
– Выставку мы начали 22 января в Черкассах и закончили 8 марта в Хмельницком. На Украине было десять выставок, побывали везде – во всех местах и запада, и востока. Картины с Украины вывезены, теперь намечается выставка в Таллинне и, возможно, в Минске. Пока с Минском складывается всё непросто по тем же самым причинам, что уровню выставки все рады, но потом узнают, кто авторы выставки, и боятся религиозной пропаганды со стороны «очень опасной и деструктивной организации». Но движется там, и, возможно, выставка в Минске произойдёт. Движется открытыми путями: там знакомятся с прессой о нас по Украине, знакомятся с нашими сайтами, с нашими репродукциями и склонны выставку всё-таки провести. Мы хотим, чтобы это было открыто по той причине, что очень как-то переживательно, да и материально сложно проделать такой путь, приехать в город и потом в последний день услышать, что выставка не состоится, – лучше, чтобы это всё решалось «на берегу».
Интересное было событие в Запорожье, в том самом Запорожье, где вначале была настороженность. Там архиепископ местный православный увидел картины в репродукциях, увидел добро и свет, на его взгляд, исходящий от картин, и хотел придти освятить выставку на открытии. Это было ещё до нашего выезда известно. Мы побеспокоились о судьбе священника: придти и освятить-то он может, но ведь он потом узнает, что он освятил… И мы предложили такую очень мягкую отговорку: «Ребята, вы подумайте, какой смысл освящать то, что нарисовано… Чем ещё можно освятить произведения, в которых энергия Учителя находится?» Ребята с этим согласились. Но после, когда выставка уже шла, и когда уже не надо было её освящать, о том, что выставка проходит с успехом, в епархию всё-таки сообщили. И приехал священник, кажется, Георгий, по поручению архиепископа. Приехал, окропил всё пространство выставки, прочитал во всех залах молитвы, пожелал выставке и дальше нести добро, свет и любовь в мир людям, сказал, что архиепископу понравились картины, и спросил: «Не могли бы вы подарить каталог?» А у нас вышел новый каталог с репродукциями – именно теми, которые были представлены на выставке. А там всё написано: «Виссарион…» – что, как (смех). И с дарственной подписью счастливый священник повёз это всё архиепископу (смех). Но хорошо бы за этими знаками всем смотреть, потому что люди как люди, зажигаются искренне, и православие приезжает, освящает, окропляет выставку нашу, не совсем, может быть, зная, что происходит… Но потом узнает. Вот такая ситуация была. Колюша Онищенко снял это на видео. И там эта информация запечатлелась. Коля ещё попросил предварительно священника, чтобы он на картины не брызгал… И он ходил там, окропляя пространство. Так что, видите, не только «анастасиевцы», «ведисты», казачество, но ещё и представители православия проявили с нами такое единение в духе.
Я думаю, что нам важно было это услышать, пока свежие впечатления, чтобы мы наполнились духом этой поездки. И внимание к нам опять начинает расти, в данной ситуации хорошее внимание, положительное. Письма из Днепропетровска, Хмельницкого, из Киева идут о том, что будет сюда приезд летом. Люди хотят по-прежнему приехать, уточняют. Кто-то хочет сразу ехать, покупать дом. Удивляются ценам. Цены – это особая статья. Нам кризис – не кризис, нам всё равно: полтора миллиона за развалюху, и всё.
Я же ещё и в Москву вернулся. Друзья, вы представьте: недвижимость в цене упала колоссально. Наши полтора миллиона сейчас – это двухкомнатная квартира в Подмосковье. Так что нам тут надо соизмерить немножко. Нет, я понимаю: хочется здесь старенький домик продать и сразу переехать в двухкомнатную в областном центре – так-то понятно. Но, между тем, сейчас, будучи в Москве, удивился на самом деле. Мне в среде единомышленников говорили такие курьёзные вещи: «Представляете, в прошлом году была возможность продать квартиру в Зеленограде за сто восемьдесят тысяч долларов». Я думаю: «Хорошо бы – за двести». (Смех) А сейчас – за семьдесят. Надо бы продать и ехать, а сейчас за семьдесят уже трудно». Это реальная ситуация, которую я вам сейчас рассказываю. Я просто цифры вам называю. Тоже к ним немножечко прикоснулись.
Конечно, нас, наверное, ждут возрастающие объёмы строительства здесь. Пока трудно представить, как мы это будем делать, даже при наличии денег у тех, кто будет приезжать. Но, может быть, когда эта проблема всерьёз встанет, мы уже окрепнем своими муниципальными бригадами, чтобы строить на участках, собственниками которых мы будем являться, себе жильё. Вот ещё такие размышления интересные после выставки.
Так что благословенна Украина трудностями, я думаю, именно так можно сказать, потому что идёт быстрое приобретение мудрости, и призванные, которые в происходящих событиях эту мудрость должны окончательно накопить, они её успешно принимают в свои сердца.
Конечно, мы не касались там политики, политических ситуаций. А только лишь на встречах, когда нам подобные вопросы задавали, мы отвечали: обратили внимание на Украине, что все ругаются. Все ругаются в разной степени и в разных красках: на политиков, руководителей, премьер-министров, депутатов, президента. Ну и просто, каково тем, кто находится в трудной ситуации и испытывает на себе постоянную ругань? Мы говорили: «Если вы друг другу хотите помочь, то лучше молиться за тех, кому трудно, чтобы у них были какие-то силы в это непростое время на Украине».
И в начале всех встреч, отвечая на вопрос: «С какой целью вы начали собираться в 1992-93 годах?», пока разговор не касался ещё Учения и Учителя, мы говорили так: «В то непростое переломное время мы решили, что надо становиться теми, кто постарается ответственность за свою жизнь взять в собственные руки. Не искать виноватых, ни с кем не спорить, не следить постоянно за курсами валют, не ругаться постоянно на тех людей, которым трудно, которых мы сами выбираем в органы управления, а просто попробовать отвечать за свою жизнь самостоятельно. На чистых землях, с чистой водой, в чистой природе, где легче будет выстроить в такой благоприятной среде чистые человеческие отношения». И вот это «отвечать за свою жизнь самостоятельно» в настоящее время очень актуально, потому что колосс материальный зашатался, и люди ищут другую опору, другой смысл жизни.
– Вадим, а ты в каждом городе пел?
– Да, в каждом городе были концерты. Я насчитал, что в восьми городах, в которых я был, было где-то четырнадцать таких мероприятий. И заметил, что к концу поездки, можно сказать, вошёл в форму. Я же не особенно пою здесь, дома, только если праздники или ещё какие-то события. А там, вы знаете, распелся… Концерты в Днепропетровске, в Хмельницком продолжались по два с лишним часа. Люди не расходятся, и всё. Вот представьте. И я заметил, что хватало сил на два часа работы. Это много, раньше у меня на такое сил не хватало. Там колоссальный идёт обмен хорошим настроением. Люди зажигаются, начинают спрашивать. Очень радостно концерты проходили. Самые разные люди там были. Там и семьи губернаторов приходили… Как-то на Украине из-за нестабильности это всё проще. И мы же из другого государства, поэтому там кого только не было на этих мероприятиях. Телевидение снимало в пять камер – и такие концерты были. К тому я говорю, что уже к концу поездки стоял на сцене по два часа, и связки были в порядке, и всё было нормально. На Украине я пел и народные песни, которые на самом деле мне очень нравятся. Я их тщательно выбирал, они очень известные. Я их выучил и пел на украинском языке. Очень красивые песни…
– Спой, Вадик.
Смех. Пауза. Вадим поёт: «Ничь яка мисячна, зоряна, ясная».
Аплодисменты. Возгласы: «Браво! Браво!»
– Вот так оно приблизительно и происходило всё.
Все радостно смеются.
– Спой ещё!
– Вы знаете, мы, может быть, просто возьмём и устроим однажды концерт. (Все оживлённо поддерживают это предложение).
Мы вот разговариваем, но, наверное, самое главное было в сегодняшней встрече – это поделиться этим эмоциональным состоянием. Я думаю, для нас это очень важно. Я когда был в поездке, я всегда думал, что мы обязательно встретимся и в Городе, и здесь, и обязательно всё это надо рассказать. Потому что мы же здесь живём, и у нас определённая своя среда, свои трудности – совсем другие, которые там, может быть, не совсем понятны. Мы – другая планета, и вдруг такое колоссальное желание и интерес быть с нами. Это было явно видно сейчас.
Из зала звучит просьба записать песни украинские.
– Хорошо, может быть, запишем какие-нибудь песни красивые, а капелла, какие-то придумаем ещё. На Украине очень много красивых песен, люди красивые. Такие же люди замечательные. Как и мы здесь.
Улдис спросил: «Что там в Риге?» Из Прибалтики, из Латвии и из Литвы, приходит информация. В Латвии как-то наиболее остро всё происходит. Вы же знаете, это государства, которые лишились многих производств по мере отсоединения от России, и всё у них развивалось на основе кредитно-банковской системы. Естественно, если банки «трещат» и система «трещит», то люди теперь должны отдавать взятые кредиты, на которые они только и опирались во всём. А когда работать негде, отдавать это очень сложно. Такая ситуация там интересная. И среди наших друзей там идёт стабильное духовное развитие, которое может привести к тому, что им на велосипедах придётся ехать к нам. Они точно могут приехать, и в хорошем настроении (надо отметить наше уменье), правда, теряя всё, и в таких размерах, что нам трудно представить, но они не теряют присутствия духа и говорят: «Пешком, а придём к вам».
– Советская закалка.
– Ну, это ещё среда последователей всё-таки. Хоть они и попали в эти ситуации финансовые, в которые, казалось бы, последователь не должен попадать, но попали и теперь уже как к мудрости к этому относятся. Но ситуация очень сложная. У многих забраны техника, машины, дома родовые, офисы – всё забрано и поставлено на торги, чтобы таким образом забрать у людей деньги, которые они когда-то взяли. Понятно говорю, да? Но ситуация курьёзная. А на торгах покупать это – никто не покупает. И поэтому они продолжают жить в своих домах. На торгах не покупают, а совсем «за просто так» их отдать нельзя, потому что тогда не погасятся кредиты. Но даже если дома продадутся и офисы, они всё равно остаются под кредитами, потому что это только часть кредита. Вот такая весёлая ситуация.
– Так их и не пустят тогда, получается.
– Ну, наверное, официально не пустят, да. Но ищут, голова работает вовсю. Думают, ищут, пробуют. Но такая ситуация не только у них одних. Хорошо ещё тем, кто последователи, – они живут и извлекают мудрость.
А ведь, опять же для Улдиса, самый высокий уровень самоубийств в Латвии среди европейских стран (эту статистику я не только смотрел в интернете, но и слышал от тех же друзей). Но эту тему я не собирался затрагивать. Сейчас пора активного ухода в «отпуск» по разным причинам. По разным состояниям плоти. А причина – она на самом деле везде одна и та же. Оказалось, что, если раньше с негативными вибрациями, характерными нам, можно было жить (я имею в виду раздражение, страх, негодование, нетерпение, обиду, ревность) и можно было это естественно изливать из себя, то сейчас вдруг в последнее время ситуация катастрофически поменялась.
И физики, вообще, просто говорят, что вибрация Земли изменилась в два раза, на 100%, по сравнению с частотой, которая у неё была. То есть это колоссальное изменение на малом отрезке времени, колоссальное, – отрезок времени очень малый. Это эволюционные процессы, нет смысла думать: «Почему?» В данном уголке Вселенной это вселенские процессы. Они происходят, а, значит, и деваться некуда. Мы все имеем тела, принадлежащие этой планете, психику, нервную систему, тонкие тела. Они, хочешь – не хочешь, должны соответствовать очень быстро изменяющимся вибрациям. Значит, надо колоссальным усилием менять ту вибрацию, которая исходит из тебя, и подстраиваться под изменения. Если человек этого не делает, ну, тогда… мы же все знаем, что тогда. В этой поездке я узнал даже цифры, но не смогу сказать точно. Вибрационные характеристики около двух раз изменились. И мы все это чувствуем. И, хочешь – не хочешь, надо перестраиваться.
– В два раза.
– Да, приблизительно в два раза.
– А барон не едет сюда?
– Барон и рад был бы, но сейчас ему очень сложно. Очень сложно. Можно за друга помолиться, чтобы силы у него были. А у него там колоссальная мудрость приобретается. Он наш друг по-прежнему, но ситуация очень сложная, у него особенно.
– Вадик, как Учитель?
– Учитель хорошо. Знает, что мы встречаемся. Тоже интересовался, когда мы находились на выставке. Оказалось, что и Ему по-человечески для эмоционального мира важны те впечатления, которыми мы делимся сейчас. Всё-таки связь далёкая, и звонить часто было сложно. И на Украине мы считали копеечку и даже собирали «в баночку на кефир», как я говорил там после концерта: «Если кто хочет, там стоит коробочка, можно музыканту бросить на дорогу, и на кефир, но можно и не кинуть, это не принципиально». Но в этот раз людям на Украине проблематично было кидать на кефир и на дорогу. Именно на кефир и кидали (Смех). Просил – на, получай тебе на кефир. Ну, и мы немножко так экономили средства. И Учитель, я так заметил, – Он ждал этих рассказов, впечатлений. И несколько раз мы звонили Ему из поездок и рассказывали, что то-то, то-то происходит, такие встречи были, про священника.
У нас в Хмельницком побывали областные чиновники и председатель законодательного собрания. Смотрю, что такое? Вдруг несколько телевизионных камер появилось у входа на нашу выставку. Думаю: «Значит, кого-то ждут». Оказывается, к нам ехал председатель законодательного собрания. Все это уже знали: средства информации, газеты, репортёры, уже все ждали его в Хмельницком. Он пришёл на выставку, долго мы с ним общались. Он прошёл всю выставку, показал себя ценителем искусства. В новостные сюжеты дал отличные интервью, сказал, что выставка очень необычна по состоянию, по той энергетике, которую здесь можно почувствовать, по своей светлой живописи, поэтому он был очень горд, что один из художников – Микола Онищенко (Хохот), уроженец Запорожской области города Токмак – это было сказано тоже. Было интересно, как политик отзывается о выставке. Это новая волна политиков – люди чувствующие оказались, по крайней мере, председатель законодательного собрания в Хмельницком. На выставке он проявил вкус такой интересный. Подошёл к картине «Соня с арбузом» (а именно эта картина получила приз на Международном фестивале «Традиции и современность» в Манеже) и говорит: «Вот хорошая очень работа. А какая у вас ценовая категория работ?» Я говорю: «Да вы знаете, когда-то у нас были такие действия, но теперь мы уже картины не продаём, потому что один из Художников рисует редко, и эта выставка – наше достояние, мы её бережём. Она перемещается из города в город и несёт людям столько радости и света. Поэтому мы подобные темы, вообще, закрыли». Он говорит: «Ну, понятно, что тему закрыли, а сколько?» (Смех). «Я ему говорю: «Вы знаете, мы всегда это делаем для того, чтобы это было оправдано. Если мы уж что-то реализуем, так чтобы можно было детский садик построить или храм». Он говорит: «Ну, я понял. А сколько всё-таки?» Я ему называю приличную цифру, Игорь Гончаров рядом стоял и добавил: «Евро» (Хохот). Он говорит: «Эта работа стоит того». На этом разговор закончился. На самом деле о торговле речи не было. Мы не торговались, не приценялись, вообще, такого не было. Но раз он был так настойчив, мы ему и сказали. Такая была тоже ситуация.
И эти все вещи я вспоминаю в связи с тем, что вы спросили про Учителя. Какие-то интересные моменты выставок мы Ему рассказывали, и Он улыбался, смеялся.
В Днепропетровске известные архитекторы, походив по выставке, сразу назвали шедеврами эти работы, эту живопись, где можно преклонить колени. Там заслуженный архитектор выступал. Архитекторы – это тоже творческие люди. Но в плане эгоизма творческого они гораздо мягче и более открыто могут высказать свои похвалы. Художники – их в мире творчества не сравнить по творческому эгоизму, мне кажется, ни с кем, – ни с музыкантами, потому что музыканты и в коллективах работают, и творят вместе. Но художники – это особая статья, потому что они часто подразумевают (не наши художники, не верующие): «Почему не я? Я разве хуже?», – и в разговорах часто стараются сказать что-то: или это слишком гипертрофированный реализм, или слишком натуралистично. А вот архитекторы оказались меньшими эгоистами в плане добрых слов, они в Днепропетровске высоко нашу выставку подняли по качеству оценок – и «шедевры», и всё такое там было.
– А охрана была какая-нибудь или вы втроём?
– Охрана? Вот это нас всегда смущало. Охраны не было (Смех). Ну, как? Закрывалась выставка, оставался там один охранник, и всё – на Украине сейчас так как-то. Но то, чего не должно было случиться, оно и не случилось.
Да вы знаете, живопись высокого качества, но которая официально не внесена в каталоги крупнейших аукционов, пока ещё не признана критиками шедеврами, попробуй её продай кому-нибудь. И что? Это бывают только случаи единичные. Нужно имя. Хоть там неважно что, но нужно, чтобы имя было. А здесь ты берёшь, конечно, произведение неимоверной цены, но ты за него можешь ничего, вообще, и не получить.
– На выставки к вам не приходили цыгане, наши друзья?
– Нет, не замечал. Во Львове на встрече-концерте был венгр. Там случилось предварительно поучаствовать в ситуации, где жена – последователь, а муж-венгр – не последователь. Жене были даны подсказки в отношении её поведения, как надо правильно отнестись, если она хочет, чтобы муж остался рядом, если хочет идти по жизни именно с этим человеком – таким, какой он есть: «Представь, что с какими-то своими особенностями, в общем-то присущими мужчине, он будет до конца жизни, не надо его осуждать, требовать, просто будь с ним; только при таком твоём отношении что-то может поменяться; и не будь ему судьёй – ему Бог и гармония судья, а не женщина; не разрушай неверным отношением свою семью». Он, видимо, этот ответ каким-то образом прочитал и приехал на концерт из Закарпатья во Львов. После концерта подошёл (а приехал с детьми, с женой, такая атмосфера хорошая), говорит: «Я очень хочу поехать к вам в тайгу летом на весь сезон, бесплатно жить с вами и трудиться, чтобы быть рядом и почувствовать дух и время». В общем, трогательная была ситуация. Такой высокий венгр, обаятельный молодой человек лет тридцати. Улучшились отношения, женщина подала пример. И он сердцем сразу заинтересовался происходящим здесь.
– Вадим, а с российского телевидения был кто-нибудь?
– Нет, с российского не было. Но как раз, когда мы там были, в большом эфире на всю Украину прошла часовая передача о нас, сделанная украинским каналом СТБ. Она была не негативная и не положительная. Она была такая спорно-конфликтная, но более мягкая, чем на российском телевидении. Она называлась, кажется, «Правда Светланы Владимирской». Там было показано очень много о нашей жизни и об Учителе, интервью были даны самые разные. Передача получилась такая, которая вместе с выставкой всколыхнула в какой-то степени Украину. Это тоже было интересно. Это всё произошло и, может быть, не случайно, пока там шла наша выставка.
Вопрос по записке. «Вадим, после обсуждения на собрании как мы будем организованно принимать гостей, к кому можно обращаться с возникающими вопросами?»
Да, конечно, всё через старост. Не пугайтесь, это пока будет тренировка просто. Тем более, здесь много украинцев улыбается, которые своих друзей примут. Мы в Городе тоже этот вопрос обсудим. Мы тоже, как всегда, готовы принимать гостей. Думаю, со старостами лучше все возникающие вопросы обсуждать. И я думаю, этот момент может быть одним из факторов, способствующих сплочению Семьи.
На вопрос о потребности в сувенирах во время поездок и проведения выставок Вадим ответил:
– Да, потребность в сувенирах есть, что-нибудь небольшое, компактное. И, вы знаете, уникально работает наша одежда. Я в тюхтятской одежде. Я и дома хожу, и всегда на выставку, на какие-то мероприятия эту одежду надеваю: рубашка льняная и жилетка, а с ними или брюки, или джинсы одеваю, хотя и это можно поменять. Этим, конечно, я уже замучил всех на телевидении. Говорю: «Кстати, а вот это видите на мне? Это в одной из наших деревень Тюхтята (Тюхтята на Украине уже знают) есть ткацкая мастерская-цех». Я иногда привираю, но привираю не специально, а от нехватки информации. Я говорю: «Они даже сами лён выращивают и нитку льняную сами делают. И эта рубаха соткана из своей нитки, и отделка тканная. И жилетка шерстяная из нашей нитки, из овец, которых мы там стрижём» (Смех). Ну, теперь я не буду так говорить. Вы представить не можете, рассказами про эту рубашку и жилетку я уже всю Украину замучил. Все подходят, трогают. Я на концерты их тоже одеваю, и везде. И уже ребята, художники наши – Игорёшка и Колюня – говорят: «Так, мы не поняли, ты в этом ходишь, а мы что?» То есть у нас уже вся делегация хочет быть в нашей одежде.
У нас на выставке лежит альбом с фотографиями. Лица Петропавловских мастеров уже все знают. Там есть и Алик Табунщик, и Олежка Надымский, и Олежка Даровских, кузнецы наши тоже есть, Петра сидит за ткацким станком, кто хлеб печёт – все там есть. Эти фотографии тоже работают просто колоссально. Люди смотрят выставку, а у нас рядом с книгой отзывов лежат альбомчики с фотографиями. Там наши праздники, наши лица, дети, костюмы, мастерские, строения, дома. Петропавловский храм – это просто уже популярная «жемчужина» архитектуры… Потом Игорь такие виды сделал красивые – Петропавловка зимой – прямо свежие. Сам смотришь и думаешь: «Ничего себе, вот это красота!» Люди смотрят, на телевидении мы их показываем в эфире. Они сильное впечатление производят. Всё, что касается фотографий мастеров наших, строений, природы, лиц – очень здорово. Люди от них не отходят на выставках. Такими мы оказались волею судьбы вестниками.
На обратном пути провели концерт в Москве, рассказали. Поздравили женщин с 8 марта.
Из Москвы некоторые последователи собираются двигаться, и многие задают в разных местах один и тот же вопрос: «Как ты думаешь, вот сейчас недвижимость, квартиры подешевели, они потом опять подорожают?» Люди сейчас в ожидании. А вдруг опять всё станет дорогим и можно будет продать как-то дороже. Ну, и, естественно, переживания их можно понять: продашь дороже, больше здесь сделаешь. Но сейчас, мне кажется, ситуация непрогнозируемая. И когда спрашивают меня, я всегда говорю: «Если чувствуешь, лучше не откладывай и делай». Потом ещё подождёшь и вообще… Я вспоминаю сейчас Латвию, Ригу, где дома никто не хочет покупать, потому что, когда там начнёшь жить, надо будет платить за газ, за свет, за воду. А это очень дорого.
Откопали предсказания старцев каких-то на Украине (это было в наш приезд в Днепропетровск), что будет время, когда дома не будут нужны никому, когда они будут просто стоять пустыми. Старец какой-то православный это предсказал. Как всегда, раскапывают всё вовремя. Тут наша выставка, предсказания старцев.
Но не напугал же я никого, нет?
Я очень хотел поблагодарить тюхтятских мастериц (Танюшку вот увидел), что частичку их мастерства вожу с собой, и что это колоссальная поддержка, не только в плане рекламы. И уже, честно говоря, именно там, на выставках, сложно одеть что-то другое – говорить о нашем образе жизни и быть в какой-то другой одежде. Спасибо, что вы в непростые времена выстояли и сохранили это мастерство, которое, как я понял, сейчас активизируется и расширяется. И не забудьте про заказ наших двух художников.
– А на Украину больше не поедете?
– С Украины уехали. В ближайшее время не поедем.
– А куда планируете?
– Таллинн и Минск. Поездка планируется в мае. Надеемся, что так оно и сложится. Хотя устраивать выставки в плане организационном и финансовом становится сложней сейчас.
– А картины сейчас там?
– Картины не на Украине, близко к Таллинну.
– Мы их когда-нибудь увидим?
– Я думаю, что да, надо начинать думать на эту тему. Но не переживайте, там, наверное, они проводят большую работу и необходимость их пребывания там, видимо, выше, чем здесь…
– Вадик, пожелание Учителю – пусть новые картины рисует.
– Вы знаете, Он знает эти пожелания. Мы тоже пытаемся Его на это воодушевлять. Но Он же живёт ощущениями. Он иногда приступает, пробует порисовать, но Ему пока так особенно не рисуется. Но уже то, что есть, – это уже очень много! Так что, мы просто будем стараться это хранить и, конечно, не продавать.
Друзья, спасибо вам большое!
– Тебе спасибо!